Универсальный многослов полностью

Вообще, приходится смириться с таким печальным для любого российского человека выводом покуда есть государство, без чиновников буквально не обойтись.

Эта мысль столь же неприятна, сколь и очевидна.

Слово «чиновник» – абсолютно русское. Редкий случай в нашем «Многослове», когда для понимания слова нам не надо обращаться ни к древнегреческому, ни к каким иным языкам.

24 января 1722 года по старому стилю наш император-экспериментатор Петр Первый утвердил документ: «Табель о рангах всех чинов , воинских, статских и придворных, которые в котором классе чины ; и которые в одном классе, те имеют по старшинству времени вступления в чин между собою, однако же воинские выше прочих, хотя б и старее кто в том классе пожалован был».

Эту дату можно считать днем рождения чиновничества.

Как водилось у Петра, документ свойства имел воистину революционные – император решил поощрять человека не за знатность, но за истовую службу государю: «дабы тем охоту подать к службе и оным честь, а не нахалам и тунеядцам получать». То есть задумывалось поначалу, что чиновники будут люди чести, а не нахалы и тунеядцы.

Все было хорошо и ясно: три вида государственной службы – гражданская, военная, придворная; четырнадцать классов должностей. Даже было расписано, что каждый должен иметь экипаж и ливрею, соответствующие чину.

И почти двести лет так все и было. А потом пришел красный Октябрь, и Табель о рангах исчезла вместе со всем, что было весьма неплохо организовано в Российской империи. Вместо чиновников появились государственные служащие. Звучит красиво, но суть от этого, однако, не меняется.

Надо заметить, что слово, точнее, словосочетание это – «госслужащие» – как-то не прижилось. И хотя ни в СССР, ни в сегодняшней России никаких гражданских чинов нет и про Табель о рангах помнят лишь знатоки истории, все равно возмущают нас именно чиновники и ругаем мы именно их. Фразу «Достали меня эти госслужащие!» мне лично никогда слышать не доводилось. А вот «Достали чиновники!» – слыхал много раз.

Поначалу большевики обходились малым количеством госслужащих, при Ленине их было 300 000. При Сталине уже 1 837 000.

Когда мы говорим о чиновниках, мы, конечно, имеем в виду не Горбачева, не Дизраэли, не Черчилля и не Гоголя. Мы имеем в виду того человека, который сильно портит жизнь каждому из нас.

Законы сообщества чиновников не писаны, но тем не менее их соблюдают на протяжении веков. Например на начальника смотреть подобострастно, на подчиненного – высокомерно. Любого чужака встречать с подозрением и презрением. Не проявлять излишней инициативы (впрочем, с точки зрения чиновника, любая инициатива лишняя). Бояться только начальства, а любить только деньги.

Любовь чиновника к деньгам еще более всеобъемлюща и неистова, нежели любовь Ромео к Джульетте. Подсознательно, часто не признаваясь самому себе в этом, чиновник понимает, что в любой момент он может потерять свое место. А поскольку чиновник, как правило, умеет только одно – быть чиновником, – от этой мысли ему становится страшно.

Потому-то он и старается использовать свое нынешнее положение по максимуму.

Чиновник – это такой человеческий тип, социальная задача которого помогать людям, а личная цель, как правило, – помогать самому себе.

Однако понятно, что бывают и исключения. Во все эпохи и буквально во всех странах всегда есть чиновники, честно делающие свое дело Государство живет тем лучше, чем больше в нем чиновников, у которых социальная задача совпадает с личной целью.

Любой русский человек в той или иной степени – дрессировщик чиновников.

И каждый из нас в этой дрессуре добился своих результатов. Именно и только – поэтому мы еще все тут не сошли с ума и все-таки умудряемся в столкновении с чиновничеством добиваться нужных нам результатов.

У каждого свой способ взаимоотношений с «бумажными душами». Кто-то берет напором, кто-то, наоборот, подобострастием. И я тут ничего советовать не решусь.

Напомню только одно чиновник – это человек, который живет на Ваши, дорогой читатель, деньги.

Нет, я не имею в виду те купюры, что даются в конверте. В любой стране мира чиновничий аппарат содержится на средства из налогов, то есть на средства граждан.

Даже не давая никаких взяток, каждый из нас оплачивает работу чиновничьего аппарата.