Невер Анна
Глава 1 - Пролог
/Обжигающий след/
Министра по вэйн-безопасности Павла Антеича всегда манили красоты подводного мира. И многие служащие Вэйновия знали об этом его увлечении. Особенно Капитон - секретарь его сиятельства, высокий сутуловатый юноша с усиками над тонкими бледными губами.
Когда министр одалживал свой аллонжевый парик бюсту императора, и в очередной раз отправлялся в 'заплыв', секретарь старался не отвлекать старика по делам, которые могли ждать. Но сегодня прибыл гонец с донесением высокой важности, не требующей отлагательств. Вторая степень, не больше, не меньше. И Капитон понял, что придется лезть под горячую руку, но доложить о том министру. Секретарь достал из сейфа ключ - створку раковины жемчужницы, и вошел в портал.
Короткое чувство невесомости и одновременно сдавленности. Запах водорослей и соли, далекий шум прибоя, прежде чем появиться на влажной гальке острова. Яркое солнце и синее небо на миг ослепили Капитона, и он невольно сжал рукоять скипа. Но остров не представлял опасности. На его западной стороне покрытые жесткой остролистой травой холмы сменялись чернеющими скалами-исполинами. На южной, где располагался проем портала, волна накатывала на пологий берег, лизала гальку и дарила бусы из бурых водорослей.
Секретарь направился по полосе прибоя к ближайшему рифу. Похоже, не только министру приглянулся остров. Не менее сотни чернокрылых урилов считали себя здесь полноправными хозяевами, о чем и возвещали трубными криками с верхушек утесов.
Капитон закрыл глаза, внутренне настраиваясь на поиск. Три минуты усилий, чтобы, наконец, клубы тумана рассеялись, и прояснилось видение: Крупная косатка, лениво шевеля плавниками, зависла вблизи подводного кекура. Отвесная стена колыхалась, облепленная бурыми и ядовито-зелеными водорослями и, как шуйский длинноворсный ковер, пестрела от присутствия морских тварей. Косатка любовалась парой морских коньков. Две козявки клялись друг другу в любви до смерти, цепляясь прозрачными хвостишками. Захваченная зрелищем косатка не заметила, как от нее в испуге увильнула зазевавшаяся стая барракуд.
'Ваше сиятельство', - виновато позвал Капитон.
И быстро добавил:
- 'Срочное донесение. Вторая степень'.
Кит шевельнул плавником и затих, боясь спугнуть коньков. Отпарил подальше. И только потом клацнул пастью.
'От кого?'
'Специальный оперативный'.
'Хм... Выхожу' - смирился министр.
Спустя минуту, над морской гладью вскинулся черный спинной плавник и на скорости устремился к берегу, туда, где стоял секретарь. Пучина взорвалась пеной, и огромная косатка выбросилась на риф с легкостью ласточки. Подняла гладкий хвост. От пенных брызг намок подол суконного камзола Капитона и прилип к его худым коленям. Там, где только что лежала косатка, поднялся старик довольно крепкого телосложения. Министр провел ладонью от широкого лба к затылку, приглаживая редкие пряди седых волос.
Не понятно было, кто из двух вэйнов вышел из воды. Скорее секретарь. Мантия министра выглядела так, словно только из прачечной, - сухой и выглаженной. Из ее фалд выглядывал скип - средней длины жезл из драгоценного черного дерева, инкрустированный белым золотом и шпинелью. Молодой человек боялся представить, насколько мощным могло быть это оружие в деле.
- Пал Антеич, - начал секретарь, но министр остановил его.
- Обсудим в кабинете, Капитон. Только его стенам можно без опаски доверять секреты.
Старик, щурясь от солнца, взглянул вверх, где в небе кружила пара урилов.
В молчании они шагнули в полупрозрачную арку портала. Ключом на этот раз послужила перьевая ручка Капитона, с которой секретарь не расставался. Прямой телепортацией в кабинет не пользовался даже министр, в целях безопасности. Враги Империи могли отследить путь и, подобрав ключ, напрямую попасть в цитадель Отдельного Вэйновского Корпуса Имперской стражи.
Толстая дубовая дверь с легкостью растворилась, и они вошли в просторный вестибюль Вэйновия. Точно такие же двери тянулись по периметру круглого холла. Сверху падал рассеянный свет. Он проникал через матовые стекла витражного купола. Мраморные плиты пола дробились к центру зала на более мелкие и вливались в мозаику, изображающую герб Вэйновия: белый винторогий дракон Вемовей, ипостась и одновременно слуга Вэи, расправив крылья, держал в левой лапе скип, в правой - молодой росток ржи. 'Во славу Державы защищать и созидать' - гласила надпись на ленте герба.
Вестибюль наполнял народ. Магистраты и служащие Вэйновия сновали туда-сюда. Мелькали многоцветные парики. Стучали каблуки, шелестела бумага, и не прекращался гул голосов. Кто-то входил в двери, кто-то выходил.
Пал Антеич обычно старался не пользоваться порталами внутри здания. 'Так ходить разучишься. Ноги на что Творец дал? Пешком, только пешком. И тебе, Капитон, советую'. Старику-то что? Пару раз за день выйдет из своего кабинета. И все. А Капитону по его милости приходилось мотаться по лестницам как ошалевшему рысаку.
