– И ты хочешь, чтобы все это время они ждали здесь, на склоне? — спокойно поинтересовался Приносящий Весну. — Кобольды и кентавры не любят стоять на месте. Ты требуешь от них большего, чем они могут дать.
Золотой не продумывал этот момент ожидания. Ему и в голову не приходило, что детям альвов это может быть неудобно. Сам он в такой солнечный день, как сегодня, мог часами лежать на скале и предаваться размышлениям, постоянно чувствуя, что время летит незаметно.
– Они всего лишь дети, — напомнил ему его брат с зеленой чешуей, и Золотому показалось, что в воздухе запахло свежей травой и первыми цветами. Приносящий Весну прочел его мысли! Это же противоречит их этикету!
– И, несмотря на это, он прав, — заметил Дыхание Ночи. — Нет, я тоже не читал твои мысли. Достаточно поглядеть на тебя, и сразу ясно, о чем ты думаешь.
Золотой едва сумел сдержать вспышку гнева.
— Довейте займем детей. Как вам идея принять облик эльфов, походить среди них, поговорить с некоторыми, похвалить их? Устроим смотр войск, произнесем высокопарные речи о величии этого мига и том, как однажды они станут рассказывать детям, что в час величайшей нужды они были в войске и сражались ради спасения Альвенмарка.
— Тебе не кажется, что это глупо? — ошеломленно поинтересовался Красный
– Нет, они же дети, — поразительно, но на помощь ему пришел именно Дыхание Ночи.
Золотой недоверчиво покосился на брата, который, как обычно, отыскал себе тенистое местечко и словно бы слился с затаившейся там темнотой.
— Мы — их боги, — продолжал Дыхание Ночи. — Несмотря на то что мы их не создавали, именно глядя на нас, они могут видеть только нас и встретиться только с нами. Они чувствуют окружающее нас дыхание вечности. Они думают, что мы можем все. Если же, как предложил наш брат, мы пойдем к ним и отметим некоторых своей похвалой, то они почувствуют, что стали словно бы тоже всемогущими. Для нас это мелочь, а для них — миг, который до самого смертного часа они будут хранить в сокровищницах своей памяти, как величайший в жизни. Сегодня у них есть шанс быть так близко к богам, как никогда прежде. Когда мы встретимся с ними яйцом к лицу, это вызовет всеобщий восторг. Даже кобольды застынут в изумлении и почтении. Давайте подарим им этот миг, прежде чем послать их на свою войну, и они отплатят нам самоотверженностью и несокрушимой верностью. Мы стоим на пороге новой эпохи. История затаила дыхание, и они участвуют в том, что произойдет. Устроим им этот последний праздник.
Рожденные в потоке
Галар изо всех сил уперся в руку тролля. Постепенно мертвая плоть начинала сдвигаться с мертвой точки. За всю жизнь кузнеца засыпало трижды, но груз камней никогда не казался ему настолько тяжелым, как эта рука, которая пригвоздила его к земле, так что он мог только беспомощно наблюдать за тем, как пламя постепенно подбирается все ближе и ближе.
Карлик закричал от ярости и отчаяния. К этому моменту ему было уже все равно, может ли услышать его рыбьеголовый или кто-то другой из людей. Он снова уперся в руку, даже сумел приподнять ее на несколько дюймов, но выбраться из-по нее не сумел.
