Крушение осетрового рая Азовского моря
(Часть 2)
Владимир Коркош
В начале 90-х годов двадцатого столетия осетровым рыбам был нанесен очередной и самый страшный ущерб. Это неучтенный вылов, то есть хищническая, ничем не ограниченная их добыча.
Еще до вышеуказанных событий, по заданию ЮгНИРО (Южный научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии) г. Керчь вместе с рыбаками рыбколхозов я периодически выходил на переборку жаберных сетей для выполнения научной программы, то есть учета осетровых рыб. Количество выставленных сетей было строго ограничено, согласно выданному разрешению.
Как утверждают археологи, искусство изготовления сетных орудий лова появилось еще в эпоху мезолита, то есть в конце периода собирателей и охотников. Изготовлялись они из растительных волокон, а скреплялись узкими полосками кожи. Грузилами были обыкновенные камни. Сети были небольшие, поскольку изготовлялись вручную. В наше время, благодаря сетевязальным машинам, при лове рыб стали применяться длинные сетные полотна.
Но для научного мониторинга огромные сети не требовались. Мы, как и наши предки в древнюю эпоху, использовали лишь небольшие, улов которых в достаточной степени обеспечивал институт необходимой научной информацией. Я измерял, взвешивал и вырезал луч спинного плавника для определения возраста выловленной рыбы. Если в сети попадалась молодь осетра, севрюги или белуга, занесенная в Красную книгу, то по возможности, быстро делал их промеры и отпускал обратно в море. Урон стаду осетровых рыб наносился минимальный, поскольку облавливали их малое количество, а подрастающее молодое поколение выпускалось на волю.
Вот такая у меня была работа. Если было время, то помогал рыбакам перебирать или очищать сети от водорослей.
И, как я уже писал в первой части этого очерка, благодаря интенсивной работе российских рыбоводных заводов и выпуску молоди осетровых в Азовское море к концу 80-х годов уже был отмечен рост численности и биомассы этих ценных рыб.
Но скоро настали трагические и тяжкие времена, как для осетровых рыб, так и для рыбаков.
Могущественная и казавшаяся незыблемой наша держава развалилась в 90-х годах в одно мгновение, словно карточный домик. Распад страны повлек за собой резкое падение жизненного уровня и неслыханную криминализацию общества на просторах бывшей великой страны. Преступный передел собственности, проникновение мафии во все сферы жизнедеятельности российского общества, в том числе и в рыбной отрасли, принес стране неисчислимые бедствия. Стирались границы между государственными чиновниками и откровенными бандитами. Власть в России была поражена бациллами постоянной лжи и одурманиванием нашего доверчивого народа, словно папуасов, обещаниями счастливой и богатой жизни, как в европейских странах, искренне верящими, что сказки эти могут стать былью. И на смену развалившемуся Союзу пришел извращенный капитализм, который в принципе, и даром нам не был нужен. Капиталистический рай для большинства населения России так и остался миражем, за исключением долларовых миллионеров, которые приватизировали за бесценок недра родины, государственные заводы, фабрики, даже железные дороги и, получая громадную прибыль, нашли свой рай в комфортном капиталистическом Западе. Но в период горбачевской масштабной социально-экономической перестройки общество было опьянено эйфорией свободы и призрачного благоденствия, что привело к деформации общественного сознания.
Как писал Аллен Даллес (1945 г.) в своей статье "Размышления о реализации американской послевоенной доктрины против СССР".
“Окончится война, все как-то утрясется, устроится. И мы бросим все, что имеем, все золото, всю материальную мощь на оболванивание и одурачивание советских людей. Мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить”
К великому сожалению его прогноз стал сбываться. Указанный ублюдочный период в 90-е годы взрастил особую породу людей, для которых деньги - главная ценность и ориентиры в жизни. И старались они отхватить свой кусок в этом перестроечном бардаке, ибо, что будет завтра, неизвестно. И шли они к своей заветной цели, попирая все законы и руководствуясь одним принципом - “после нас хоть потоп”. Началось безудержное расхищение природных ресурсов, в том числе и водных.
В Азовском море наступила дикая вакханалия, сопровождающаяся самым настоящим разгромом и безжалостным истреблением ценных пород рыб, главным образом осетровых. Браконьерство, бессмертная гидра наших морей, достигла невиданного ранее размаха. Бригады браконьеров оснащались самой современной импортной техникой. Мощные американские и японские лодочные моторы типа “Меркурий” до 100 л.с., спутниковые навигационные приборы позволяли им ставить сети в открытом море. Любители легкой наживы словно ошалели от безнаказанности. Коррупция в рыбоохранных, правоохранительных и других государственных органах призванных контролировать рыбодобывающую отрасль и охранять осетровых достигла небывалых ранее масштабов.
