Рабби иного типа, рабби Арик из организации "Рабби за права человека", жив и ждет меня на рассвете этого дня. Раввин Арик получает огромные деньги от различных организаций и обязан демонстрировать активность. Именно этим он занят сегодня. Одетый в футболку с надписью "Мы все - аль-Аракиб", он стоит возле вана, который он организовал, чтобы доставить меня к оливковым посадкам деревни Бурин на Западном берегу близ Наблуса. Там я присоединюсь к палестинцам, планирующим сегодня собирать свои оливки.
Самого рабби не будет со мной, поскольку он был в Бурине накануне, но он заплатил за ван и водителя, чтобы я мог поучаствовать в священной миссии его организации под названием "Помогать и Защищать", цель которой защитить арабских собирателей оливок.
Дэн, израильский активист, работающий на Арика, приезжает сам. Морис из Кении, еще один активист Арика, тоже присоединяется к нам.
Морис изучает вопросы мира между народами и методы разрешения конфликтов. И он с удовольствием примет участие в этой поездке, где рабби за права человека будут защищать арабов от израильских солдат и поселенцев, желающих им навредить.
* * *
Морис, человек, жизненная миссия которого заключается в достижении глобального мира, изучил всю планету и обнаружил единственный режим, угрожающий миру между народами, - Израиль.
Всего несколько дней назад, согласно сообщениям новостных агентств, мусульманские экстремисты зашли в торговый центр и резали там покупателей, отрубая им конечности одну за другой. Эта атака потрясла мир своей отвратительной жестокостью. Это произошло на родине Мориса в Кении. И вы, вероятно, предполагаете, что Морис, желающий применить свое знание методов разрешения конфликтов в каком-нибудь проблемном месте, отправится для этого в Кению. Но нет, он здесь. Я прошу его объяснить мне это, но в ответ он нервно улыбается, глядя на меня, как на дьявола во плоти.
Абу Рами из Иерусалима - водитель вана. Раньше он возил бывшего депутата Ури Авнери, ветерана израильских сторонников мира, а теперь он работает на рабби Арика. Пока ведет машину, он показывает нам всякие достопримечательности. Например, дом на вершине холма: "Это дом Моше Зара, главного поселенца!" Не спрашивайте меня, что это значит. Я не знаю.
В соответствующее время мы достигаем деревни и вскоре отправляемся к оливковым плантациям, чтобы защитить собирающих оливки арабов от жестоких евреев.
Палестинский крестьянин приветствует нас. Два поселенца стреляли по нему пару лет тому назад, и отметки все еще видны на его теле, говорит он, не хотим ли мы посмотреть.
- Как вас зовут? -спрашиваю я его.
- Брюс Ли.
Действительно ли он сказал Брюс Ли или пытался сказать что-то вроде "Brosely"? Я не уверен и отвечаю:
- Приятно познакомиться. Меня зовут Кунг Фу.
Небо голубое, солнце светит, ветер приятно обдувает наши лица и поселенцы находятся совсем близко к нам, сообщают мне.
Жар охватывает нас. Скоро может начаться борьба с поселенцами, и я возбужден в максимально возможной степени.
Но сначала нам нужно подняться на холм к оливковым деревьям. Десять раз я почти падаю, так как подъем довольно крут, и некоторые камни сдвигаются, когда я на них наступаю, но что я ни сделаю, чтобы помочь людям, которых евреи могут убить? Я сделаю все.
Мы добираемся до деревьев Брюса Ли и начинаем собирать оливки. Я-то думал, мы будем охранять их от злобных поползновений, а не работать, как крестьяне, но оказался неправ. Я явно не обратил внимания на слово "помогать" в мото "Помогать и Защищать".
Дэн и Морис, мотивированные служащие, изо всех сил работают с Брюсом Ли на оливковом дереве, собирая чертовые плоды, падающие в мешок, лежащий на земле.
- Поселенцы убивают нас,- объясняет Брюс Ли, пока чернокожий и еврей потеют, работая на него.
- Сколько ваших было убито выстрелами поселенцев до сегодняшнего дня?
Дэн, подслушав мой разговор с Брюсом Ли, немедленно вмешивается:
- Вы можете увидеть это в Интернете.
Я не отвечаю Дэну и продолжаю разговаривать с Брюсом Ли, снова спрашивая:
- Сколько было убито выстрелами поселенцев до сегодняшнего дня?
- Два.
- Когда?
- В 1999 или 2000 году.
Это довольно много лет назад, и Брюс Ли, глядя на мое лицо, понимает, что ему не удалось заставить меня взволноваться по поводу евреев. Но Брюс Ли умен и знает, что белые нуждаются в хорошей истории, чтобы испугаться евреев. Истории создают эмоции, и Брюс Ли хочет чем-то тронуть Кунг-Фу.
- На днях,- говорит он теперь,- поселенец увидел араба, молившегося на холме, и потребовал, чтобы молящийся перестал молиться. Араб не повиновался еврею и продолжал молиться. Поселенец немедленно спрыгнул с лошади и застрелил араба прямо посреди молитвы.
Я никогда не знал, что поселенцы скачут на лошадях, но я ведь не знаю всего.
- Вы видели это своими глазами, Брюс Ли?
- Мне сосед рассказал.
Брюс Ли спрашивает меня, откуда я.
- Немецкий журналист, говорю я ему.
- Спасибо, что информируете европейцев о палестинских проблемах. Мы довольны, что европейцы бойкотируют "продукцию поселений".
- Пожалуйста, Брюс Ли.
