Когда я прощаюсь с ней, она дает указание своим сотрудникам, связать меня с другими палестинцами, представляющими интерес. Я полагаю, ее офис познакомит меня с людьми, которыми она сможет гордиться, а не с экстремистами, и я ей очень благодарен. Перед моим отъездом чиновники в офисе Ханан спрашивают, не хотел бы я посетить мавзолей Раиса[президента] Ясира Арафата, первого палестинского президента, похороненного в комплексе Муката недалеко отсюда, и я отвечаю, что это - честь для меня.
Полагаю, до сих пор в этой части мира я веду себя очень правильно, переходя от одного мертвеца к другому: от Масличной горы к Могиле Арафата.
Появляется человек и забирает меня от Сезама к Раису Арафату, чтоб я мог продемонстрировать свое почтение.
Интересно, что солдаты, стоящие здесь на карауле, сказали бы, подумали и сделали, знай они, кто я. Что касается меня, то я сообщаю им, что я немец. "Добро пожаловать в Палестину",- говорят они немцу и фотографируются со мной.
* * *
Фотографии сделаны; я гуляю по улицам Рамаллы, пышного, красивого, богатого города, и тут на мои глаза попадается интересное здание: Исторический музей Дар Захран. Я вхожу. Захран, являющийся основателем и владельцем этого частного музея, вызывается самолично провести меня по выставке, описывающей жизнь палестинцев за последние двести лет. Он наливает мне чашечку кофе и рассказывает историю.
- Кое-кто хотел освободить от христиан Ближний Восток, чтобы продемонстрировать миру, что арабы - закрытое общество, и чтобы западный мир перестал поддерживать Палестину.
- Кто же это?
- Оккупанты.
- Кто они?
- Израиль.
- Как Израиль может это сделать?
- Они использовали пропаганду, распространяя истории, будто правительство убивает местных жителей. Люди слышали это, пугались и уезжали.
Умно. Но почему же христиане уехали, а мусульмане остались? Ведь мусульмане остались, не так ли?
Захрана очень расстраивает мой вопрос. На днях, говорит он мне, радиожурналист брал у него интервью, и этот журналист такого вопроса не задавал.
- А откуда был журналист?
- Из Германии. ARD.
Я ничего не знаю об этом репортере; возможно, он один из тех немецких журналистов, которые аплодировали на пресс-конференции фильма "Садовник". Вопросы, которые я задаю Захрану, это вопросы, которые любой журналист, знакомый с базовым стандартом журналистики, обязан задать. Но они эти вопросы не задают.
Уже поздно, а я должен вернуться в Иерусалим. Рамалла очень близко от Иерусалима, но прежде мне придется пересечь контрольно-пропускной пункт в Израиль, и, по многочисленным сообщениям СМИ, это может занять несколько часов. Когда я добираюсь до контрольно-пропускного пункта, то засекаю время на моем iPhone, чтобы точно знать, сколько часов это займет. Это занимает ровно две минуты и четырнадцать секунд. Я прихожу домой и иду спать, игнорируя кошек.
Благодаря офису Ханан, в ближайшую пятницу я смогу встретиться с "представителем пресс-службы правительства" и ещё с парой людей. Я с удовольствием соглашаюсь.
Поездка из Иерусалима в Рамаллу в пятницу Рамадана - самa по себе приключение. Когда я приезжаю на арабскую центральную автобусную станцию в районе, который арабы называют Баб аль-Амуд (Ворота с Колоннами), евреи - Шаар Шхем (Шхемские Ворота), а большинство остальных - Damascus Gate (Дамасские Ворота), то никаких автобусов не обнаруживаю.
- Где автобусы? - спрашиваю я проходящих мимо.
- Иди прямо.
Центральный автовокзал по случаю Рамадана переехал. Я иду по дороге, иду и иду. Мимо проходит отец с ребенком. Ребенок несет огромную пластиковую винтовку. Думаю, папин подарок. Я продолжаю идти. Еще один ребенок едет на спине своего отца и держит полиэтиленовый пакет. Из пакета торчит дробовик, тоже из пластика. По крайней мере я на это надеюсь.
Я продолжаю идти и вижу большой киоск, где мужчина продает замечательные праздничные подарки: тонны пластиковых пистолетов, винтовок, ружей.
Мгновение спустя, лавируя в бесконечном потоке людей, я сажусь на автобус в Рамаллу. С помощью Аллаха я достигаю Рамаллы и спокойно прибываю в офис доктора Ехаба Бесаиса, "пресс-секретаря правительства" в министерстве информации государства Палестина. После общего голосования Ассамблеи ООН в 2012 году, признавшего палестинское государство, "Палестинская автономия" официально переименованa в "государство Палестина,"- объясняет мне доктор Ехаб. Доктор Ехаб обладает тонной иной информации, которой он хочет поделиться.
- Палестинцы - такая же нация, как и любая другая в мире,- сообщает он. Они имеют тысячелетнюю историю.
- Когда Палестина была основана?
- В Ханаанский период.
- Когда этот народ превратился из ханаанеян в палестинцев?
- Мы должны проверить это у историков - специалистов в области древней истории.
- У вас здесь есть историк?
- Не по пятницам.
Ехаб, возможно, не осведомлен о чем-то, касающемся истории, но что такое "информация", он знает хорошо. И в день поста у этого официального представителя правительства на уме еда.
