Первая женщина:
- У меня достаточно денег.
Вторая женщина:
- Если вы хотите учиться, поверьте, улица лучшее место учебы. На улице вы узнаете жизнь и то, что действительно имеет значение. Забудьте о проституции, оставьте это в стороне на время. Если вы хотите узнать жизнь, лучшее место приобрести такое знание - улица.
Первая женщина теперь демонстрирует мне, что она узнала на улице, чего ни один профессор не предскажет. Она говорит:
- Если вы придете сюда на эту улицу через полтора года, вам потребуется паспорт.
- Почему?
- Это будет другая страна. Скоро суданцы потребуют независимость...
Вторая женщина:
- Они. Со всем мусором, что они принесут с собой.
Первая женщина:
- Это их право, не так ли? Они живут здесь и в скором времени они потребуют права человека и их признания. Два, три года и вся верхняя часть этой улицы станет независимым государством.
- Я полагаю, они тоже любят женщин, не так ли?
- Да.
- А у них есть деньги, чтобы заплатить?
Вторая женщина:
- У суданца больше денег, чем у среднего израильтянина.
- Как это?
Первая женщина:
- Пойдите вниз по улице и сами увидите. Первое, что вы заметите, они контролируют рынок наркотиков.
Вторая женщина:
- Пожалуйста, напишите об этом!
- Как вас зовут?
Вторая женщина:
- Керен.
Первая женщина:
- Надин.
На другой стороне улицы показывается проходящий мимо хасидский еврей, проверяющий ситуацию. Надин указывает на него.
Надин:
- Вы видите? Мы только что о них говорили! Этот парень, можно вам сказать? Он достигает оргазма за одну секунду!
Эти ночные бабочки полны жизни, смешные, созидательные, и с ними приятно поговорить. Не знаю, что из того, что они рассказали мне о себе, правда, но я наслаждался каждый секундой нашего разговора.
Я делаю несколько фотографий с ними. Я стою перед камерой, а они повернулись к камере спиной. Я обнимаю Керен, возможно, чересчур крепко, и она, усмехаясь, говорит: - Думаю, я возьму с тебя плату!
Было бы неплохо после этого пойти отсюда прямо в Меа Шеарим, чтобы почувствовать лично разницу между кдеша и кдоша.
Но по дороге отсюда со мной связываются из офиса МККК в Иерусалиме. Мы беседуем и соглашаемся, что я присоединюсь к ним от самого начала до самого конца в во время следующей вылазки в Палестину. Подробности следуют.
* * *
Эта неделя праздника Суккот, и религиозные любят ее праздновать. Во времена Святого Храма, что известно любому ребенку, сыны Израиля приходили в Иерусалим, чтобы отметить этот праздник. И сегодня улицы Меа Шеарим забиты гуляющими. Их так много, что транспорт практически стоит. Они одеты в свои лучшие одежды, и если вы идете среди них, то вам может показаться, что вы в Европе несколько веков назад.
Ну, не совсем так. Это скорее похоже на старую Европу, смешанную с сегодняшним Афганистаном. Вдоль тротуара есть заборчики, отгораживающие место, предназначенное для женщин, и женщинам не положено идти по другой полосе. С улицы и с тротуара на противоположной стороне, где ходят или стоят мужчины, женщины смотрятся, как если бы они были животными в зоопарке, защищенными проволокой.
Бог знает почему, но я решаю пересечь границу в женскую половину.
Позвольте вам сказать, что мужчина, окруженный бесчисленным количеством женщин, чувствует себя замечательно. Да, я знаю, это не принято говорить, но по определению Керен и Надин, я окружен "едой". На стене одного из домов я вижу следующее уведомление для женщин: "Женщины, чьи руки и ноги не покрыты в этом мире, в будущей жизни будут брошены в кипящий котел и сожжены в огне. Они будут рыдать в муках и страданиях. Это намного хуже, чем когда человек сгорает при жизни".
В "Толдот Аарон", месте, которое я дважды посетил до этого, тысячи людей танцуют и поют: "Моя душа жаждет Тебя, Господи, и моя плоть жаждет Тебя".
Интересно, цитируют ли они ту же самую строфу, посещая ночных женщин.
Выход Тридцать Четвертый
Я беру такси в Дженин, чтобы встретиться с Атефом из Бецелема, как и было договорено ранее.
Таксист тащит меня почти через весь Западный берег. Он полагает, что путь в Дженин ему известен, но дороги не всегда ему подчиняются. Это, впрочем, не имеет значения, поскольку таким образом я вижу в пути гораздо больше, чем было бы в противном случае. И Западный берег, позвольте мне сказать это в тысячный раз, великолепен.
Исключительно с помощью Аллаха мы все-таки достигаем Дженина.
