Unknown полностью

Я делаю отчаянную попытку и даю ей последний шанс передумать и прийти в себя.

— Джеймс, что если мы встретимся за ужином после того, как закончишь уборку? Поедим гамбургеры без всяких обязательств, и ты можешь взять с собой ноутбук.

— Ты ведь только что пригласил мою соседку пойти с тобой!

— Кого это волнует? — я хмуро смотрю на Джеймсон, которая съеживается.

— Вообще-то, она может слышать наш спор.

Я едва бросаю взгляд на Сидни.

— И что?

— Ты абсолютно смехотворен.

— Ты серьезно не встретишься со мной, чтобы поужинать? — признаю, я так близок к тому, чтобы топнуть ногой как ребенок, который не получает желаемого.

— Я не могу встретиться с тобой за ужином. Помогаю Эллисон.

— Я не собираюсь просить, Джим.

Она смеется.

— А я этого и не хочу.

— Как насчет секса втроем? — в каждой шутке лишь доля правды.

— Оз, — в ее тоне слышится предупреждение, что я зашел слишком далеко. Мы смотрим друг на друга до тех пор, пока Сидни неловко не прокашливается между нами.

— Гамбургер звучит здорово.

— Отлично. Я голоден, — демонстративно облизываю губы, обе девушки расширившимися глазами прослеживают за движением моего языка. — На самом деле прямо сейчас я смог бы съесть... все что угодно.

Сидни прикусывает нижнюю губу, сдерживая возбужденный визг, и выпаливает номер дома.

Меня охватывает неприятное ощущение, когда я смотрю на Джеймсон, ища любой признак неодобрения, какой-то намек, что она врет. В любую секунду жду, что она вскинет руки и объявит, что шутит — и, конечно же, встретится со мной в «Мэлон»!

Вместо этого на ее лице появляется широкая искренняя улыбка. Извиняющаяся. Преувеличенная, но искренняя.

Мне бы следовало вздохнуть с облегчением. Я должен испытывать восторг от того, что Джеймсон отвязалась. Никаких придирок. Никаких стервозных ответов. Никаких пререканий.

Я не должен ничего чувствовать.

Но, черт побери, я чувствую.

Джеймсон

Мне бы следовало вздохнуть с облегчением. 

Я должна испытывать радость за Сидни; Себастьян Осборн на сто процентов в ее вкусе. От широких, накаченных плеч и до его черных татуировок, с его грязным ртом и популярностью на кампусе. 

Я не должна ничего чувствовать к нему. 

Но... блин, я чувствую.

Дерьмо.

Глава 8.

«Если бы я подбросил сейчас монету,

каковы были бы шансы,

что она мне даст?»

Себастьян

— Так что у тебя за дела с Джимми?

— С кем?

Я нетерпеливо стучу указательным пальцем по столу.

— Джеймсон. Знаешь, вы двое не... — я размахиваю вялой картошкой фри над блюдом с закусками в центре стола. — Едва ли могу представить вас в одной компании.

Я откусываю картошку, внимательно наблюдая за Сидни, медленно жую и в то же время оцениваю ее всю с мужским одобрением. В тот час, который я дал ей подготовиться к... что бы это ни было... она использовала каждую свободную минуту, чтобы прихорошиться. Дымчатый макияж глаз, мягкие волнистые светлые волосы, облегающий голубой свитер.

Сильно обтягивающие джинсы.

В данный момент мы сидим в угловой кабинке «Мэлон», одном из ближайших к кампусу баров, который предлагает лучшие гамбургеры в городе. Ты можешь пахнуть как фритюрница, когда выходишь отсюда, но еда все это компенсирует. Если уж вынужден торчать на свидании — которое обходится мне в те немногие лишние деньги, которые у меня есть — то я собираюсь съесть чертов вкусный гамбургер, даже если из-за этого придется пробежать две добавочные мили и сделать пятьдесят дополнительных приседаний, чтобы сжечь калории.

— В одной компании? — темно-русые брови Сидни хмурятся в замешательстве. — Что ты имеешь в виду? — ее длинный ярко-розовый ноготь тычет в сырную палочку на блюде с закусками, но она не порывается съесть ее.

Я вылавливаю еще одну фри и забрасываю в рот.

— Серьезно, — я проглатываю. — Консервативная Мэри и Барби Малибу? Как оказалось, что вы двое живете вместе?

Еще один тычок в сырную палочку.

— Консервативная? О ком, Бога ради, ты говоришь?

Повторяя за Джеймсон, в чем позже собираюсь ее обвинить, я закатываю глаза.

— Джеймс.

Как она может не знать, о ком я говорю?

— Ты говоришь о Джеймс? — переспрашивает она, сбитая с толку.

Я должен отдать девушке должное: у Сидни есть здравый смысл, чтобы выглядеть оскорбленной. Даю ей еще несколько очков за верность, и одно за раздраженное выражение лица, которое она пытается замаскировать за нерешительной улыбкой.

— Джеймсон Кларк? Консервативная?

Она произносит это так скептически, что задаюсь вопросом, начинаю ли я ее раздражать.

Тем не менее...

— Ты знаешь больше одной Джеймсон? — я откидываюсь на спинку стула и скрещиваю руки. Глаза Сидни, сильно подведенные черной подводкой, оглядывают мои татуированные бицепсы с явно горящим интересом.