- Можешь предложить что-то лучшее? – криво усмехнулся Кшиштоф. - Валяй, парень! Послушаем!!!
- Помнишь тайный ход, по которому я вынес из замка скарбы Волкича? – лукаво прищурился казак. - Нынче самое время о нем вспомнить!
- Хочешь пробраться в Самбор потайным ходом? – потер лоб Воевода. - Что ж, мысль недурна, но лишь на первый взгляд!
Проход, как ты помнишь, перегораживают три железные двери, отворить кои можно лишь изнутри. Сам проход настолько узок, что по нему с трудом проходит человек, ведущий в поводу лошадь.
Если внешнюю дверь можно выбить тараном, то вовнутрь прохода его не затащить. Можно попытаться взорвать двери, но для сего нам не хватит пороха.
К тому же, если мы станем возиться в проходе, поднимется такой шум, что к нам сбегутся все засевшие в Самборе тати.
- Тебя послушать, так у нас нет иного выхода, как идти на приступ... – покачал головой Бутурлин.
- И впрямь нет! – резко оборвал его Воевода. - Мыслишь, мне по сердцу штурмовать собственную крепость? Да я в страшном сне не мог представить, что когда-нибудь стану осаждать Самбор!
- Меня нынче иное заботит, - задумчиво произнес Бутурлин. - Что собирается делать дальше Рарох? Едва ли он захватил замок для того, чтобы в одиночку сражаться с династией Ягеллы.
Помнишь, Воевода, вчера я рек о том, что у Рароха должны быть союзники? Так вот, судя по всему, он ждет их подхода...
- Кто же эти союзники и когда объявятся? – поднял на московита хмурый взор Кшиштоф. - Ты уже второй раз упоминаешь их, но, как видишь, на помощь Рароху чужеземцы не спешат!
- Как знать, может, и спешат... – пожал плечами Бутурлин. - Если Рароху помогает тот, о ком я думаю, его не оставят без подмоги!
ГЛАВА №47
Сквозь просветы в зарослях Орешников и Медведь наблюдали за приближением татей. Чутье не подвело лесного патриарха. Разбойники, преследовавшие Ванду и московита, действительно шли по их следам и к утру достигли урочища, в глубине коего обитали охотники.
Естественно, Медведь не горел желанием принимать дома незваных гостей и посему решил встретить их на подступах к жилью. В совершенстве владея всеми охотничьими приемами, глава звероловов припас татям немало смертоносных подарков.
Первый же чужак, идущий по тропе, рухнул в разверзнувшуюся под ногами волчью яму. Судя по долетевшему оттуда воплю, он приземлился на острые колья, врытые в дно западни.
Его приятель хотел отступить, но в грудь ему впились стрелы, выпущенные Саввой и Онуфрием. Третий разбойник пытался ответить им из арбалета, но Орешников опередил его броском копья, намертво пригвоздив татя к дереву.
При свете дня душегубы видели, что им противостоят люди, одетые в звериные шкуры, но это отнюдь не прибавляло убийцам смелости. Самые умные из них поняли, в какую смертельную игру ввязались, и теперь спешили унести ноги с поля битвы.
Но спастись от охотников было не просто. Усаженное острыми щипами бревно на веревках пролетело над тропой, унеся жизни еще двоих лиходеев. Идущий следом верзила, не выдержав напряжения, обратился в бегство, но пущенный Медведем топор вошел ему в затылок, развалив надвое череп.
Последний из татей, прыщавый белобрысый отрок, хотел укрыться в чаще, но угодил ногой в ловчую петлю и внезапно повис вниз головой на веревке, отчаянно дергаясь из стороны в сторону.
Как ни суров был Медведь, сострадание не было ему чуждо. Подойдя к орущему от ужаса юнцу, он вынул из его ножен тесак и обрубил веревку, на которой болтался незадачливый разбойник.
- Считай, на сей раз тебе повезло! – проревел он сквозь свое косматое наголовье. - Я перерезал бечеву. Но коли не внемлешь словам и явишься сюда еще раз - отрежу ногу!
Похоже, мальчишка усвоил урок. Несмотря на ушибы, полученные при падении, он вскочил на ноги и резво пустился наутек.
- Авось, не заплутает! – подмигнул Орешникову сквозь прорезь в наголовье Медведь. - Надо же, совсем сопляк, а в душегубы лезет! Может, хоть теперь ума наберется?..
Обойдя убитых, Савва и Онуфрий вынули из трупов свои стрелы, а также собрали оружие побежденных татей.
- И впрямь, знатно прошла охота! – уважительно кивнул, глядя на их трофеи, Орешников. - Куда, любезные, добычу денете?
- Да уж куда-нибудь пристроим! – лукаво улыбнулся, сняв наголовье, Медведь. - То, что для охоты годится, себе оставим, а остальное в деревнях продадим. Времена грядут суровые, а жизнь нужно защищать. Так что оружие нынче в цене!
- И часто вам приходится так выходить... на охоту? – полюбопытствовал московит.
- Не то чтобы часто, - скривился зверолов, - но приходится! Сам видишь, боярин, что за люд по лесам бродит. Не ты их, так они тебя прикончат. Сам я в чужие войны не лезу, но когда тать подбирается к твоему дому, поневоле возьмешься за топор!
- Так ведь, сынки?
- Так, батюшка! – подтвердили его слова увешанные трофеями Савва и Онуфрий. - Возьмешься поневоле!
_________________
