Демир в ярости скрипнул зубами. Почему за чужую глупость и гордыню должен платить он, свершивший все для победы?
И если Радзивил, сбежав с поля битвы, сможет найти приют у ливонцев или шведов, то в каких краях скрываться ему от гнева собственного повелителя?
Услыхав чавкание сапог по грязи, Демир поднял глаза. Прямо перед ним стоял казак, в коем Ага узнал Щербу. В руке казачий атаман держал пучок стрел, извлеченных из тел мертвых бойцов Радзивила.
Будь у Демира под рукой одна из пистолей, он без промедления разрядил бы ее в изменника, но привешенное к седлу оружие турка вода унесла вместе с конем. Утратил он в пучине и шемшир.
Рука Аги скользнула к засапожному ножу, но его вновь постигла неудача. Клинка за голенищем не оказалась.
- Если и найдешь нож, то не успеешь метнуть! – холодно умехнулся казачий Воевода. - Прикончить бы тебя, мокрая ворона, да руки марать неохота! К тому же, у меня к тебе есть дело!..
- Дело? – не веря своим ушам, промолвил Ага. - Какое?..
- Передай Султану, пусть не ходит войной на Украйну! Сам видишь, как мы принимаем непрошенных гостей.
Если мы в чужом краю находим, чем их порадовать, то подумай, какой прием окажем твоему Владыке на родной земле!
Демир взвыл от бессилия.
ГЛАВА №113
- Газда! Петр! – орал, надсаживая горло, Харальд. - Где ты, отзовись!
Едва поток, затопивший равнину, умерил бег, датчанин перешел его вброд, силясь отыскать друга.
- Куда же ты мог деться? – бормотал он, озираясь по сторонам. - Надо же, был человек и как сквозь землю провалился... Газда!..
- Тут я, тут! – раздалось из-под груды обломков плотины. - Накрыло меня взрывом, я и оглох на время. Услыхал тебя, лишь когда ты стал орать над ухом...
- А, чтоб тебя подняло да шмякнуло! – радостно выкрикнул Харальд. - Держись, брат, я тебя мигом отрою!
- Опоздал ты с пожеланиями! – откликнулся казак. - Все, о чем ты молвил, со мной уже сталось!
- Потерпи малость! – бормотал датчанин, растаскивая в стороны бревна, привалившие Газду. - Ты только живи, а с прочими бедами мы сладим!
- Кости-то целы? – обратился он к освобожденному наконец из-под спуда казаку.
- Сдается, целы, – ответил тот, с трудом поднимаясь на ноги, - вот только спину ломит. А прочая плоть лишь ноет понемногу. Ничего, выдюжаю...
Опираясь на руку датчанина, Газда сделал шаг. Похоже, Небо и впрямь оказалось милосердно к казаку. Переломов он точно избежал.
- Ходишь - и ладно! – порадовался за него Харальд. - Я тебя быстро исцелю! Ты мои снадобья видел в деле! Они и мертвого подымут!
- В баню бы сходить... – поморщился казак. - На мне, чай, пуд грязи!
- Непременно сходишь, брат! – уверил его датчанин. - Для миличан ты ныне – герой-вызволитель! Знаешь, какую баню они тебе натопят?
- Что с Радзивилом? – превозмогая боль в спине, вымолвил Газда.
- А что с Радзивилом? – лукаво улыбнулся Харальд. - Смыла его река вместе со всем войском! Как есть, смыла!
- Значит, Дмитрий и мои побратимы живы? – лицо казака озарилось радостью. - Благодарю тебя, Господи, за добрую весть!..
- Нынче, брат, все вести добрые! – потрепал его по плечу датчанин. - Что ж, поспешим в Милицу, пока Дмитрий с твоими земляками не отправился нас искать!
Дойдя до коней, они взобрались в седла и поскакали к спасенной деревне. По дороге Газда заметил, что Харальд что-то напевает на родном наречии.
- Что за песня такая, брат? – полюбопытствовал он у датчанина.
- Да так, старинная баллада, – ответил тот, улыбаясь своим мыслям, - былина, по- вашему!
- И о чем она?
- Королевская дочь оплакивает погибшего жениха...
- А при чем здесь сие? – поднял на него изумленный взор Газда.
- Там слова есть, уместные для нынешних событий. Хочешь, переложу на вашу речь?
- Давай! – согласился казак.
- Что ж, слушай! – запел Харальд.
Сад опустел опять, нет сомнения
Не повернуть нам вспять
Реку времени, реку времени!
Пусть поток меня вдаль несет,
Сердце ждать не устанет -
Лишь тогда я забуду все,
Когда биться оно перестанет!..
- А что, добрая песня! – одобрительно отозвался о балладе казак. - Только петь ее нужно не нам, а Радзивилу. Его же унесло потоком!
- Да и забыть то, что сталось ныне, ему будет непросто! – подмигнул Газде датчанин. - Однако что ни делает Господь, все к лучшему!
- Хорошо бы еще Дмитрию возвратить себе княжну, – тряхнул чубом Газда, - тогда бы мне впрямь покойно на сердце было!
- Так и будет! – убежденно ответил ему Харальд. - Верь мне, брат!
_________________
Достигнув леса, княжич Владислав сорвал с головы шлем и обернулся, переводя дух. Битва догорала. Последние бойцы-литвины, решившиеся дать отпор Воеводе, сдавались на милость победителя.
Радзивил не знал, радоваться ему или горевать. Вместе с войском он утратил надежду на обретение Короны Литвы, однако сохранил жизнь и свободу.
Все, что ему оставалось, - это достичь своего стана прежде, чем туда доберутся поляки, и, захватив Эвелину, бежать в Ливонию.
- Надеюсь, ливонцы не выдадут нас Ягеллонам, а переправят в Швецию, - вслух подумал княжич. - Король Эрик собирает под свои знамена всех врагов Польши, найдется у него место и для меня!
