В спальне повисло напряженное молчание. Жиральд поджал губы, в то время, как веселые чертики заплясали в глазах, уставившихся на раскрасневшуюся Анжелику. Похоже, до нее только -только дошел смысл сказанного. А ведь он и не делал столь неприличного предложения. Может, где -то в глубине подсознания крутилась подобная идея, однако он ни о чем не зарекался. Мало того, возможно, это тоже плод ее больного и утомленного воображения.
-Я имела в виду, что...в одной кровати...Ты и я...Мы не будем находиться вместе, -сбивчиво попыталась объяснить Анжелика, ощущая, как краска приливает к щекам. Правда, какое значение имело выброшенная фраза? Она же просто собиралась донести до него одну вещь. Они не могут спать на одном ложе, потому как чужие друг другу, а Анжелика ни за что не ляжет в постели с теперь уже посторонним мужчиной, невзирая на то, что тремя годами ранее она с безграничным удовольствием отвечала на его ласки, разрешая делать больше, чем исключительно засыпать вместе.
Жиральд встал, приблизился к ней и нежно прикоснулся кончикам пальца до горевшей кожи лица, и Анжелика вздрогнула, попятившись назад, пока не уперлась спиной об стену, судорожно вздохнув от подкатившего жара, застрявшего в груди горевшим комом, обдающим теплом клеточки тела.
Как ему удается одним робком касанием, как искре, зажечь в ней костер запретных желаний? Почему она не в силах контролировать себя, когда он приближается к ней так близко, что ее сердце пропускает удары, а потом вновь бешено забивается, готовясь вырваться наружу? Раньше Анжелика понимала причину, но на данный момент, не испытывая к нему ни любви, ни вожделения, от чего она реагирует на него подобным непонятным образом?
Она не любит его...Что же творится с ней тогда? Вдруг у нее, действительно, помутился разум?
-Анжелика, все в порядке, -мирно сказал Жиральд. -Тебе не стоит беспокоиться по этому поводу. Я буду спать в кресле, если, конечно, не найдется раскладушка. Честно говоря, у меня и не было намерения спать с тобой. Нет, я не точно выразился, дорогая. Без обоюдного желания никто не получит настоящего наслаждения, поэтому не волнуйся, на твою честь я не буду покушаться.
Анжелика на мгновение прикрыла глаза, успокаивая бушующую буря внутри, призывая себя набраться терпению и выкинуть ненужные и пустые думки из головы, как от следующего предложения мужчины у нее чуть не подкосились ноги:
-Хотя...я безумно тебя хочу, дорогая. Прошло три года, то есть тысяча девяносто пять дней, и я по -прежнему очень сильно хочу обладать тобой, даже и на этой кровати, купленной на деньги твоего мужа.
-Что? -ошарашенно пробормотала побледневшая Анжелика.
-Я шучу! Видела бы ты, как выглядишь, словно перед тобой мертвец! -расхохотался Жиральд, и Анжелика еле удержалась от того, чтобы не схватить ближайшую подушку и не кинуть в наглеца. Неужели он не понимает, какое отвратительный у него юмор?
-Ты…
-Может, оставим тему «приятных дел»? Мне не терпится узнать о твоем плане, -прекратив смеяться, серьезно обратился к ней Жиральд. Анжелика, сжав кулаки, сдула прядь непослушной челки и подошла деловитой походкой к креслу, не обращая внимание, как любуется ею мужчина.
Чего таить, Жиральд Ларош отнюдь не шутил…
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ.
Ресторан французской высокой кухни радушно встречал гостей, размещая их в удобные кожаные кресла, где бы они могли расслабиться под ненавязчивую легкую мелодию, успокаивающую натянутые нервы и призывающую забыть о проблемах, погрузившись в непринужденную атмосферу, чтобы заслуженно оценить старания поваров, вкладывающих душу в каждое блюдо.
Анжелика нехотя ковыряла вилкой в тарелке с ризотто и черными трюфелями под сливочным соусом, порекомендованным официантам. Аппетита совсем не было, при том, что она не ела с вчерашнего дня. Да как она может спокойно приняться за трапезу, если мужчину, сидящий напротив, не отводил от нее взгляд, будто пытался что -то выпытать еще.
-Хватит! -не выдержала Анжелика, отложив серебряную и начищенную до блеска вилку в сторону. То, как неотрывно он наблюдает за ней, не просто выводило ее из себя. Это выбивало ее из привычной колеи. Казалось, что даже мысли смешались вместе, отказываясь выкладываться по порядку, а ей в данной ситуации необходимо четко думать и решать.
Особенно теперь, когда от ее решения зависит многое.
-Что я сделал? -недоуменно приподнял бровь Жиральд, невозмутимо поднеся ко рту кусочек обжаренного стейка. Когда его губы приоткрылись, то Анжелика невольно дернула плечом, прежде чем до него дошло значение жеста, она демонстративно фыркнула и уставилась в тарелку.
Почему она не сосредотачивается на тщательно выстроенном плане? Почему возникло вновь притяжение, когда -то погубившее ее? Она никак не могла разобраться, что с ней происходит в присутствии Жиральда, но одно предельно ясно.
Между ними нет никаких больше прежних отношений. Как два человека, объединенных одной целью, они сразу расстанутся после успешного завершения желанного.
