В 2009 году Кабул был очень похож на полдюжины восстанавливаемых столиц по всему миру. Обтекаемые полноприводные автомобили курсировали рядом с бронетранспортерами и древними такси, мимо забаррикадированных четырехзвездочных отелей и замерзающих нищих, а также сквозь постоянную завесу пыли, смога и, согласно местной легенде, распыленного человеческого дерьма. Иногда случались похищения людей, а также зверства с применением бомб и огнестрельного оружия, но они были редки.
Кабул казался городом за пределами Афганистана, никоим образом не сравнимым с деревнями Дорафшана. Обычно по столице можно было проехать в автомобиле без брони и ходить пешком без оружия, без бронежилета, и обычно можно было наблюдать город, который, казалось, не находился в состоянии войны. Одной из причин этого было то, что Кабул сохранялся как безопасное место для заключения сделок.
Каждый вооруженный субъект в Афганистане извлек выгоду из миллиардов долларов, которые потекли в Афганистан, и генерал-лейтенант Рэймонд "Тони" Томас (в отставке), командующий командованием специальных операций США, сказал, что Талибан получал долю с каждого доллара США, потраченного в Афганистане; ссылаясь на министра финансов Талибана, сказавшего, что многие талибы "надеются, что вы никогда не уйдете".
Одним из мест, где можно было заключить сделки в Кабуле, был "Кедровый дом", обшарпанный ресторан, пристроенный к ветхому пансионату в центре города. Он выходил фасадом в парк, что позволяло незаметно выходить и входить в него, и находился в нескольких минутах ходьбы от Международной зоны и афганского дворца. 1 декабря 2009 года трое мужчин встретились в "Кедровом доме" для тайной встречи: один австралиец, представляющий американских военных, и два афганских бизнесмена, представляющих движение Талибан.
Австралийцем был Дэвид Килкаллен, в то время советник НАТО и ISAF по борьбе с повстанцами, а также личный советник генерала Маккристала. Между ISAF и элементами движения Талибан были предприняты попытки провести переговоры по обратному каналу, но с обеих сторон существовали препятствия. Поскольку правительство США объявило движение Талибан террористической организацией, ни одному военнослужащему не разрешалось встречаться с членом Талибана, и ни один талиб не встретился бы с военнослужащим в форме вооруженных сил США. Формально являясь гражданским лицом, Килкаллен был "исключением" для неофициальных встреч.
Два афганских бизнесмена, с которыми он встречался в Сидаре, были из Кандагара, они также не входили в военную структуру, но симпатизировали Талибану и поддерживали его. Вероятно, они поддерживали контакты с шурой Кветты и находились в Кабуле в составе команды талибов, которая вела переговоры с представителями правительства президента Карзая. (Условия, которые они представили в 2009 году, в то время считались неприемлемыми Соединенными Штатами, но были приняты президентом Дональдом Трампом в 2020 году.) Выйдя из ресторана, телохранители афганцев и австралийца разделили шашлыки на автостоянке. Внутри Килкаллен поговорил с бизнесменами, пытаясь оценить цели движения Талибан и установить дополнительные обратные каналы связи с противником, которые в какой-то момент могли бы быть использованы для прекращения войны.
Как и во многих местах, где заключались сделки в Кабуле, в "Кедровом доме" был телевизор с плоским экраном. Там часто показывали международные спортивные состязания, но в тот вечер все глаза в ресторане были прикованы к телевизору, ожидая, что это будет знаковая речь о войне.
Ожидалось, что президент Барак Обама, вступивший в должность менее чем год назад, подробно расскажет о том, как отныне американские военные будут вести войну в Афганистане. Это должно было стать объявлением о новой стратегии, разработанной после нескольких месяцев упорной торговли, переговоров и участия экспертов (в том числе на основе исследований, проведенных Килкалленом). Молодой, темноволосый и ясноглазый президент Обама поднялся на кафедру в Военной академии США в Вест-Пойнте и произнес речь под названием "Новый путь вперед в Афганистане и Пакистане".
- Будучи курсантами, вы добровольно пошли на службу в это опасное время, - сказал президент Обама. - Некоторые из вас воевали в Афганистане. Некоторые из вас будут отправлены туда в командировки. Как ваш главнокомандующий, я обязан вам миссией, которая четко определена и достойна вашей службы. И именно поэтому, после завершения голосования в Афганистане, я настоял на тщательном пересмотре нашей стратегии, обзор позволил мне задать сложные вопросы и изучить все различные варианты вместе с моей командой национальной безопасности, нашим военным и гражданским руководством в Афганистане и нашими ключевыми партнерами. На данный момент этот обзор завершен. И как Верховный главнокомандующий, я решил, что в наших жизненно важных национальных интересах направить в Афганистан дополнительные 30 000 военнослужащих США.
