Начал его светлость с благодарности жене. Ее идея написать архиепископу оказалась гениальной, владыка Ниинор проникся и прислал своего личного целителя. Польщенная Елена Павловна не запомнила зубодробительное имя личного архиепископского лекаря, зато уяснила, что являлся он фигурой авторитетнейшей. Вот этому-то светилу и предъявили нареченного Френсисом Маккарти младенца.
- Хорошее имя, звучное, – одобрила Доротея, и дамы ее поддержали.
Только Пална удивилась, почему вчера муж сохранил имянаречение в тайне.
- Продолжай дoрогой, – попросила леди Рэдклиф.
И Вэль продолжил. Не стесняясь матушки Магдалины (а куда деваться, если монашка и так по самые уши влипла в cемейные разборки Балеарских, да и клятвы о неразглашении никто не отменял) поведал об однозначном вердикте целителя - младенец, произведенный на свет леди Нэвил недоношенный.
- А я сpазу так и подумала! - воскликнула Елена Павловна. – Я даже тетушке об этом сказала.
- Подтверждаю, – согласно кивнула Доротея. – Продолжай, мой мальчик, – попросила она.
- Святой отец официально заявил, что стазис тут ни при чем. Всему виной зелье, вызвавшее преждевременные роды. Дoпрошенная с пристрастием Энн подтвердила это.
- Вы ее били? – впечатлительной Палне представилась дикая смесь НКВДшного и инквизитоpского допросов.
- Нет конечно, - обиделся Арвэль. – Как ты могла подумать такое?
- Прости, пожалуйста, – повинилась та. - Это все нервы.
- Мы просто нашли нужные слова, – сухо пояснил герцог.
- Запугали, – с мужского на бригийский перевела Доротея.
- Подобрали ключик, - стоял на своем Вэль.
- Не томи, – буквально взмолилась Елена Павловна. – Нет сил терпеть.
Как и всегда после таких слов Арвэль не подвел. Его по-военному четкий рассказ ввел o оторопь дам. Дело в том, что несмотря на все прилагаемые усилия Энн никак не удавалось заполучить ребенка от могущественного любовника. Даже зелье плодородия не помогало, а упрочить свое положение при Балеарском дворе хотелось. Не раз и не два она думала о том, что можно было бы забеременеть от кого-нибудь другого с тем, чтобы выдать его за герцогского отпрыска, но всякий раз отказывалась от этой мысли.
Рассказывая об этом, Энн всячески подчеркивала свою порядочность, но похоже, фаворитка просто побаивалась. К тому же оставалась надежда, что рано или поздно, все получится. Произойдет, так сказать, естественным путем. Увы, но надеждам леди Нэвил не суждено было сбыться. Ветренный любовник дал ей отставку и тогда... на помощь бедняжке пришла леди Лусия. У королевы-матери созрел коварный план, благодаря которому на свет и появился маленький Френсис.
О том, как Энн рыдала, ломая руки и умоляя о прощении, Вэль рассказывать не стал. Лишь упомянул, что любовница отрицала свою вину. Всю ответственность она перекладывала на королеву-мать. По словам неудачливой интриганки возмущенная до глубины души поведением сына леди Лусия выдала своей любимице очередную порцию зелья плодородия, ткнула пальцем в мимопробегающего разгуляя-Маккарти и велела соблазнить его. При этом она жестоко сломила сопротивление Энн. Долгое и упорное. Несчастной и запуганной Нэвилше ничего не оставалось, кроме как упасть в объятия Корка.
- Ужас, – расстроилась Доротея. – Энн была славной девочкой в детстве. Не понимаю, как из нее могла вырасти такая расчетливая дрянь.
- Да ладно вам, тетушка, не такая уж это редкость. Во все века вполне себе приличные женщины поступали подобным образом, - Елена Павловна вспомнила некоторых своих знакомых и коллег, оставшихся в другом мире. Их даже тесты ДНК не останавливали. Собственная выгода и желание прикрыть грез привалировали.
- К несчастью, ее светлость совершенно права, – настoятельница, которой по долгу службы приходилось общаться с грешницами, со вздохом подтвердила слова герцогини.
Вэль посмотрел на разоткровенничавшихся дам дикими глазами и вернулся к рассказу.
Как бы там ни было, но с Корком зелье сработало без осечек, и план королевы-матери вступил в действие. В монастырь Святой Катарины Энн ехала уже беременной. Теперь оставалось только ждать и молиться, а ещё уповать на то, что беременность удастся не только сохранить, но и вовремя прервать. Благо не так уж это и сложно, если есть целитель, готовый вызвать роды искусственно.
- Они сидели и высчитывали момент мнимого зачатия, вспоминали день нашей последней близости, - в эти подробности Вэль посвятил лишь жену. - К их несчастью, я давно охладел к Энн. Тогда выбор пал на последнюю ночь, которую я провел с Энн...
- Я помню, что ты напился как сапожник и спал, – неловкой шуткой Елена Павловна пришла на помощь мужу. Не, ну а чего вредничать? Мужику и так непросто дается этот сеанс саморазоблачения.
- Спал, – согласился тот, а потом пожаловался: - Эли, я чувствую себя таким дураком просто не передать.
- Главное, что все закончилось, - мудро заметила Ласточка. – Плюнь и забудь.
