СТРУКТУРИРОВАНИЕ И ДЕЙСТВУЮЩИЕ СОЦИАЛЬНЫЕ СИСТЕМЫ
ВВЕДЕНИЕ
Теория структуризации Гидденса (1984) представляет собой одно из наиболее влиятельных достижений социальной теории последних лет. Его работа фокусируется на диалектическом взаимодействии между агентством и структурой в социальных системах и послужила основой для ряда недавних эмпирических исследований организационной жизни (Walsham, 1993; Roberts, 1990; Barley, 1986). Однако использование этой теории в эмпирических исследованиях может быть сопряжено с определенными трудностями. Понятия, используемые Гидденсом, тонкие и богатые на прозрения, но они также подвержены неправильному толкованию и искажению. В данной работе мы используем идею реализации, которая, как мы утверждаем, является подходом к изучению социальной жизни, концептуально более простым и интуитивно понятным, чем теория структурирования. Подход, основанный на использовании фактов, позволяет нам использовать идеи теории структурирования и увязать их с системными рамками.
Мы начинаем с обсуждения основных идей теории структурирования. Затем кратко обсуждаются проблемы, связанные с использованием концепций Гидденса при проведении эмпирических исследований. Наконец, мы рассматриваем простую модель взаимодействия, иллюстрирующую реализацию, и обсуждаем интегративный потенциал этого подхода.
ТЕОРИЯ СТРУКТУРИРОВАНИЯ
Теория структурирования посвящена тому, как осознающие себя человеческие агенты постоянно создают и воссоздают социальный мир своими действиями. Центральное место в теории занимают понятия "структура", "система" и "дуализм структуры", предложенные Гидденсом. Он определяет структуры как "...структурирующие свойства [правила и ресурсы]... свойства, которые делают возможным существование сходных социальных практик во времени и пространстве и которые придают им "системную" форму" (1984: 17). Правила здесь определяются как "...социальные конвенции, знание которых включает знание контекстов их применения" (Giddens, 1981).
В состав ресурсов входят как "конститутивные" (связанные с конституированием смысла), так и "регулятивные" (связанные с санкционированием способов социального поведения) компоненты. Ресурсы относятся к возможностям осуществления действий и классифицируются как "аллокативные" (возможности распоряжаться объектами, товарами или материальными явлениями) или "авторитарные" (возможности распоряжаться людьми или акторами). Наборы правил требуют ресурсов для их реального включения в производство и воспроизводство социальных практик.
Структурам приписывается лишь виртуальное существование, т.е. они не существуют реально во времени и пространстве. Напротив, социальные явления обладают способностью структурироваться, и именно здесь Гидденс расходится с дюркгеймовской концептуализацией структур как внешних по отношению к акторам и принудительных по отношению к ним. Он считает, что "...структура - это то, что придает форму и очертания социальной жизни, но она не является самой формой и очертаниями" (1989: 256).
Гидденс использует понятие социальной системы для обозначения набора воспроизводимых социальных практик, или "воспроизводимых отношений между акторами или коллективами, организованных как регулярные социальные практики" (1984: 25). Это определение является идиосинкразическим, поскольку оно очень близко к традиционному социологическому использованию термина "структура": "...то, что большинство социологов считали структурой, то есть структурирование отношений между индивидами или коллективами, может быть лучше всего рассмотрено с помощью понятия системы" (Giddens, 1981). Проводя такое различие между понятиями структуры и системы, Гидденс хочет подчеркнуть, что, по его мнению, социальные системы не имеют структуры, а, скорее, проявляют структурные свойства. Воспроизводимые практики, наблюдаемые в социальных системах, являются проявлениями структуры. Структура "...существует только в деятельности человеческих агентов и через нее" (1989: 256). Подчеркивается также роль непреднамеренных последствий действий в формировании этих социальных систем. Хотя некоторые социальные системы могут быть продуктом преднамеренных действий человека, многие из них таковыми не являются. Эти непреднамеренные последствия действий, в свою очередь, обусловливают дальнейшие действия (т.е. они возвращаются в действие), и именно поэтому человеческие агенты никогда не могут осуществлять реальный контроль над социальными системами, в которых они участвуют.
