Unknown полностью

— Не мог, Веснушка. Я хотел. Черт, это лучшая новость за всю мою жизнь, если не считать того дня, когда я услышал, что с твоей мамой все в порядке, и того дня, когда ты согласилась стать моей девушкой.

Он сделал паузу.

— Все хорошее, что происходит со мной, обычно связано с тобой. Если нет, то это не станет реальным, пока я не поделюсь этим с тобой. — Он погладил меня по щеке. — Но так устроен клуб, детка. Все дела клуба остаются в клубе.

Я нахмурилась.

— Почему ты мне не сказал сегодня? — мне ненавистно было звучать как ноющая подружка. — О вечеринке? Лаки мне рассказал.

Лицо Килла помрачнело.

— Я не сказал тебе, потому что пытался отменить вечеринку, — выдавил он.

Я отпрянула назад.

— Отменить? Какого черта ты хочешь ее отменить?

— Потому что это вечер пятницы, — объяснил он, будто это что-то значило.

Я ждала, что он продолжит.

— И? — надавила я, когда он больше ничего не сказал.

— И именно в этот вечер я должен отвести свою девушку на выпускной, — пробормотал он.

Я вздрогнула.

— Думаешь, меня волнует выпускной? — спросила я его с недоверием.

Сейчас уже Килл выглядел шокированным.

— Детка, ты — девушка. Каждую девушку волнует ее выпускной вечер.

Я ухмыльнулась.

— Кажется, мы определились, что я не обычная девушка, — поддразнила я.

Килл оставался серьезным.

— Я знаю это, Веснушка. — В его глазах мелькнуло что-то непонятное, но оно мне не понравилось. — Я не хочу, чтобы ты пропустила свой выпускной, не из-за меня.

Я обхватила его запястье.

— Выпускной для меня ничего не значит, глупый. Нет ничего важнее, чем то, что мальчик, которого я люблю, осуществил свою мечту.

Его глаза сверкнули.

— Нет, Веснушка. Моя мечта уже осуществилась раньше, — пробормотал он.

Затем его губы коснулись моих губ. Поцелуй не был голодным и отчаянным, как бывало в последнее время. Он был медленным, нежным, полным чувств и чего-то еще, что отражалось в его глазах.

После этого мне потребовалось несколько мгновений, чтобы вернуть сердцебиение к нормальному ритму.

— Могу я сыграть тебе кое-что? — спросила я, когда смогла отдышаться.

— Одну из твоих песен? — тихо спросил он.

С того вечера, когда я спела «Отголоски тишины», Килл чуть ли не требовал, чтобы я играла ему каждую песню, которую написала для него. Будь его воля, он бы целыми днями смотрел на меня и слушал, как я пою. Так однажды и было на пляже, пока я не решила, что хватит играть, и отложила гитару в сторону. Килл тут же заключил меня в объятия и нежно поцеловал.

— Я так горжусь, слушая тебя, Веснушка, — пробормотал он.

Я прижалась к нему, ничего не говоря, просто наблюдая за людьми вокруг нас, счастливая быть в объятиях Киллиана, пока мир проходит мимо.

— Хотелось бы мне того же. — Я кивнула на пожилую пару, держащуюся за руки и улыбающуюся внукам, с визгом и смехом бегающим вокруг них.

— Чего? Морщин? — подразнил Килл.

Я села и ударила его в плечо. Это было похоже на удар по камню. Я непроизвольно потерла руку. Килл увидел это и поднес мою руку к губам. В тот момент, когда он коснулся костяшек, боль исчезла.

— Нет, — ответила я, взглянув ему в глаза. — Я хочу пустить корни. Хочу, чтобы они уходили в землю под моими ногами и давали мне место, которому я принадлежу.

Килл напрягся. Его взгляд снова метнулся к пожилой паре.

— Тебе не нужны корни, Веснушка, — не согласился он. — Тебе не нужны корни, если у тебя уже есть крылья. Когда ты готова взлететь.

— Кто сказал, что я не могу иметь и то, и другое? — спросила я с усмешкой.

— Физика.

Я пожала плечами, позволяя ему снова заключить меня в объятия.

— Кто сказал, что физика должна что-то диктовать? — пробормотала я ему в грудь. — Я — творец своей судьбы.

Килл ничего не сказал. Его тело оставалось напряженным, и он сжал меня немного крепче.

Я помотала головой, чтобы вырваться из воспоминаний и ответить Киллу:

— Не в этот раз.

Килл снова поцеловал меня.

— Нет ничего лучше, чем услышать в конце дня пение моей девочки.

Я вышла из его объятий, и он сел на диван, слегка вздрогнув, надевая жилет обратно.

Зрелище мне не понравилось, поэтому я взяла гитару и села на табурет перед ним. Не отрывая взгляда, я спела ему «Lost Boy» Рут Би (прим.: в переводе с англ. Lost Boy — потерянный мальчик).

Когда я закончила, он мгновенно встал. Гитара исчезла из моих рук еще до того, как я поняла, что происходит. Его губы снова оказались на мне, и этот поцелуй не был нежным. Он был голодным. В нем чувствовалась острота, присущая всем нашим поцелуям в эти дни.

Весь год мы пытались урвать как можно больше отчаянных поцелуев. Это были длительные поцелуи, украденные на заднем сиденье его машины или на покрывале на нашем месте на скалах. Но дальше лихорадочных ласк дело так и не пошло. Иногда мы были близки к тому, чтобы перейти на новый уровень. Иногда все, чего мне хотелось, — это то, что обещал поцелуй. Но Килл всегда отступал. Говорил, что еще не время. Каким-то образом я чувствовала, что не готова, когда теряла всякую способность мыслить разумно.