В награду за проявленную доблесть кисир Таба-Ашшура от участия в казни был освобожден, но добровольцы все же нашлись, кто-то — чтобы получить ту небольшую плату, что им в этом случае полагалась, кто-то забавы ради. В сотне Шимшона таких нашлось двое: Гиваргис и Хадар. Многочисленных раненых кисира, среди которых были сотник Иари и десятник Варда, на второй день после взятия города с первым караваном отправили в Ниневию.
Ашшур-аха-иддин приблизил к себе Таба-Ашшура, осыпал его золотом, подарил свой меч, коня, поставил в пример другим. Узнав, что численность кисира уменьшилась почти вдвое, приказал ему отобрать из других подразделений самых достойных, чтобы впредь они сражались под началом столь отважного командира. Отныне во время военных советов вавилонянин должен был стоять слева от царевича, где раньше всегда стоял Скур-бел-дан.
— Каково! Нет! Каково! — тихо ворчал наместник Харрана, склоняясь к уху Набу-Ли, наместника Хальпу, когда на следующий день после казни военачальники собрались в шатре принца, — нашего драгоценного царя теперь окружают одни выскочки.
Набу-Ли хотел было поправить, мол, «все же пока не царя», но вовремя понял: вряд ли это случайная оговорка, станешь перечить — этот пройдоха исказит все так, что потом и сам не рад будешь, и поэтому только кивнул.
— Он когда-нибудь снимает свой шлем? — не унимался Скур-бел-дан. — Командиру кисира следовало бы быть скромнее в присутствии царственной особы.
— Ему разрешил принц, — прошептал Набу-Ашшур.
Наместника Харрана это объяснение не удовлетворило. Он хотел бы продолжить спор о приличиях, но вовремя заметил на себе взгляд Ашшур-аха-иддина и замолчал.
— Вчера я говорил со жрецами, — заговорил царевич. — Они обещали мне, что вода спадет уже через неделю. Пора начинать подготовку к переправе. Воинам — рубить лес, инженерам — наводить
Наместник Харрана с важностью сделал шаг вперед, после поклона заговорил:
— Последние сведения у меня — месячной давности. Каратепе сдаваться не собирается. Эта крепость намного сильнее, чем Маркасу, гарнизон не велик и не мал, но запасов надолго не хватит, тем более что месяц назад моим лазутчикам удалось отравить большую часть овса и пшеницы в его закромах. Если возьмем город в осаду, даже небольшим количеством войска, то вскоре ворота откроются сами. Мы же тем временем с основными силами сможем подойти к
— Гульят, — Ашшур-аха-иддин взглянул на туртана.
— Дожди могут прекратиться, а могут продолжиться, и тогда неделя растянется на месяц. Но больше всего меня беспокоят киммерийцы. Мы станем для них легкой добычей, если они подкараулят нас на правом берегу. По этой же причине нельзя дробить армию.
— Разве может укус комара напугать мула? — с насмешкой встретил эти слова Скур-бел-дан.
— С каждым днем у нас все меньше и меньше провианта, — не обращая внимания на обидный тон, заметил Гульят. — Те запасы, что были в городе, подошли к концу, окрестности опустошены. Продвижение на север не даст нам ощутимых стратегических преимуществ, но позволит накормить армию, не зависеть от погоды и разлива реки, а главное — избавит от опасности вступать в бой на переправе.
— И, конечно, приблизит нашу победу, — не удержался от сарказма его оппонент. — Уважаемый туртан хочет дать врагу больше времени, чтобы он укрепился и поверил в свои силы. Какие крупные города, охваченные восстанием, находятся севернее Маркасу, о которых мы не знаем?
Царевич поднял руку, призывая своих командиров прекратить этот спор.
— Гульят, как далеко ты предлагаешь продвинуться на север?
Туртан подошел к макету местности, где шли военные действия, указал на реку севернее Маркасу:
— До истоков Джейхан пять-шесть дневных переходов. Столько же понадобится, чтобы вернуться. А значит, через десять-двенадцать дней…
— Могут ли возникнуть в пути непредвиденные задержки? — перебил его Ашшур-аха-иддин.
— У нас шестидесятитысячная армия, и мы должны преодолеть почти сто
— То есть этот обходной маневр может оказаться куда более губительным, чем переправа, сопряженная с известным риском? Готовьте понтоны. Что до киммерийцев — чтобы избежать внезапного нападения, на правом берегу поставим укрепленный лагерь… Таба-Ашшур, — царевич благосклонно посмотрел на офицера, — твой кисир должен обеспечить армии спокойную переправу.
***
Таба-Ашшур послал в разведку десятку из сотни Хавшабы — с самим сотником во главе. Перед уходом тот нашел Шимшона и попросил его дать в помощь двух лазутчиков: Рабата и Абу.
— С какой это стати? Своих надо иметь, — проворчал Шимшон.
— Так ведь были. Только полегли все в Маркасу, — оправдывался Хавшаба.