Просыпаюсь от жажды. Спускаюсь на первый уровень квартиры за стаканом воды и, пока пью, снимаю телефон с блокировки. Куча сообщений и отметок в сторис напрягает. Дёма меня никогда не скрывал. Я часто бываю с ним на публике, но мой маленький личный закрытый аккаунт никого особо не интересовал.
Перехожу по первой попавшейся отметке и спросонья ничего не понимаю. Какие-то фотографии. Там Демид, девушка, ребенок, они втроем сидят в ресторане.
Ставлю стакан на бар, открываю еще одну отметку и на секунду теряю равновесие, ноги подкашиваются. Я приседаю на несколько сантиметров, успеваю ухватиться рукой за спинку стула.
Кликбейтный заголовок гласит: «Вторая семья футболиста Демида Ермакова». А дальше ссылка на какой-то сайт.
Перехожу. Пальцы дрожат. Ладони вспотели. Я не верю во все это. Совсем не верю, но пульс все равно частит. Журналисты врут. Люди врут. Все хотят обратить на себя внимание. Хотят денег. Хотят приблизиться к чужой славе. Урвать какую-то часть внимания. Я поняла это еще на первом году жизни с Дёмой. Но сегодня все это выходит за рамки моего понимания. Это не выглядит фейком. Это не выглядит чужой злой шуткой. Это похоже на правду.
Это не так, я уверена. Но как объяснить все эти факты, которыми сыплет автор статьи? Фотографии, места, документы? Как?
У моего мужа есть сын. Здесь так написано. У него есть сын и любовница. Он купил им квартиру. Он возит их на курорты. Он встречается с ними на выходных. Сотни фотографий. Сотни!
Вздрагиваю от звука сообщения на почту.
Письмо не от анонима. Мне пишет московская журналистка Аня Измайлова. Скандальная, да. Но в желтухе никогда замечена не была.
Она три месяца потратила на это расследование. Она дала ход материалам в сеть. Она сейчас прислала мне кучу файлов с доказательствами, что мой муж живет двойной жизнью.
Как такое может быть? Что мне теперь делать?
Это ложь? Правда? У нас же любовь! Мы же друг друга любим, а этому ребенку нет и трех лет. Как же так, Демид? Как же…
Глава 2
Рассматриваю фото мальчика. Дёма держит его за руку. Они стоят у детского кафе.
Приближаю изображение, всматриваюсь в детское лицо. Они с моим мужем похожи? Кажется, да. Или нет?
— Боже, — блокирую смартфон, кладу на стол и отхожу к окну.
Это все бред. Неправда.
Тру лицо, пальцы дрожат. Да меня всю колотит и в жар бросает. Накрутила себя максимально.
Нужно просто мужу позвонить. Он все объяснит. Это фотошоп. Натуральный, кто-то заморочился, сейчас любую картинку состряпать — дело пяти минут, нейросети в помощь.
Придя к этому умозаключению, немного успокаиваюсь.
Хватаю телефон и звоню Демиду. Гудки. Долгие. Не берет.
Конечно не берет, у него же ночью «не беспокоить» стоит. Снова чувствую, как внутри все будоражит. Хватаю ртом воздух, главное — дышать.
На телефон, как назло, падают и падают сообщения. Директ переполняется, будто вот-вот лопнет.
Хочется закрыть глаза, зажать уши руками и закричать. Громко, обессиленно.
Это ужасно — оставаться с такой информацией один на один. Я верю мужу, всегда верила. Никогда никаких подозрений в его неверности даже не было.
Наоборот, я на все сто ему доверяла. И он мне. Мы прорабатывали наши отношения, пытались сделать их максимально здоровыми. Правильными.
Прислушивались друг к другу всегда, проговаривали все-все проблемы. Но зачем все это было, если у него есть другая женщина и ребенок? Если у него семья на стороне все эти годы?
Слезы на глаза наворачиваются. Не была к такому готова. Да никто бы не был.
Мой муж мне врал? Все это время он говорил мне о любви, а сам уезжал к другой женщине, которая родила от него ребенка?
Растираю по лицу слезы и хватаюсь за телефон. Открываю почту, а потом, как настоящая мазохистка, начинаю листать файлы, что прислала журналистка.
Девушку на фото зовут Ася. Именно она стоит рядом с моим мужем в аэропорту. Ребенок сидит в коляске. Дёма улыбается им так же, как и мне обычно.
Открываю видео. На нем все та же девушка с коляской. Камера трясется, тот, кто снимает, ловит Асю у подъезда. Наводит на нее фокус и спрашивает:
— Ваш сын от Демида Ермакова? Давно вы встречаетесь? Его жена об этом знает? Когда все это началось?
— Отстаньте. Я не даю никаких комментариев! Это не ваше дело, — она закрывает лицо, нервно ищет в сумке ключи, чтобы открыть магнитный замок.
Когда дверь в подъезде захлопывается, съемка прекращается. А с ней и вся моя прошлая жизнь. Вся, что была ровно до этой минуты.
Она не сказала нет. Она не отрицала. Не пыталась объяснить, что это ложь.
Съемка свежая, недельной давности. Демид тогда уже был на сборах, а я отправляла ему фотки в шикарном шелковом белье с кружевом. Хотела его до одури, ждала, и кажется, не только я одна.
Несусь на второй этаж, вытаскиваю чемодан и начинаю скидывать в него все, что в шкафу на глаза попадается.
Оглядываюсь. Мажу взглядом по настенным часам. Семь утра. За окном уже рассвело. Солнце озаряет комнату яркими лучами, а у меня жизнь рушится. Там, снаружи, миллионы счастливых людей, а я собираю вещи, потому что мой муж мне изменяет. У него ребенок от другой женщины.