- Марьям, что у тебя? - Вот уже не первый раз почему-то именно так к ней обращаюсь. И тоже во время боя, хотя первый раз налет был.
- С моей позиции не видно. Один точно двести, раненый залег где-то. Водитель ещё.
Рыкнул двигатель под окном, а из-под капота пар и одна шина просто ошметками висит.
- «На что он надеется?» - Думаю про себя, а сам стреляю в район лобового стекла. Двигатель внедорожника взвыл и заглох. Только один на земле корчится и воет, навел на него ствол.
- Марьям, помоги капитану.
- Уже. Залегли, пока не могу нащупать. Трое точно. Водитель вылез.
- «Щелк! Щелк! Щелк!»
- Аааа! Блядь! - Что-то больно ударило меня в щеку, и она стала заплывать теплом. - Сука!
Я залег под подоконником.
- Марьям, твой недобиток меня нащупал. Тебе видно?
Пара секунд тишины.
- За машиной, сзади.
- Снять сможешь?
- Нет. Только ногу вижу. Попробуй гранатой.
Приготовил гранату, а внизу мой подранок орет так, что у меня кишки сводит.
- Граната. - Как прежде спокойно произношу и отправляю в окно.
- Граната. - И ещё одну.
- Граната. - А «бог троицу любит», как мы говорили в детстве выклянчивая вкусняшки у друзей.
После третьего хлопка временно оглох и начинаю вести тот самый беспокоящий огонь, но похоже уже и не нужно. Пятачок маленький и если кто был живой, то совсем закончился. Дефицит противника тут образовался.
- Лёня. - Спокойный голос Маши. Уйди из окна. Не отсвечивай, ты на линии огня.
Только присел за подоконник, как вдалеке услышал автоматный треск, и стена дома гулко отозвалась попаданиями. Со свистом некоторые пули залетали в окно и впивались в противоположную от окна стену выбивая из нее щепки и пыль.
Автомат резко умолк.
- Вторая машина. Минус один. Осталось трое или четверо. Товарищ капитан какая обстановка?
- Тихо. Залег. Сейчас попробую второй авто вынести.
- Первая машина. Движения нет. Противник уничтожен. - Делаю доклад, со своей стороны.
Вдалеке снова слышу стрекот автомата, но не в мою сторону.
- Вторая машина. Минус один. Поднялся из травы. Осталось двое или трое.
- Я триста. - С придыханием произнес капитан. - Отхожу в саванну. Отвлеку огнем.
- Андреич. Хорош. Уходим. - Не выдержал я.
- Отставить разговоры. Выполнять приказ. Маша, смотри внимательно.
Я услышал короткие очереди за дорогой, где догорал замыкающий вездеход.
- Лёня поддержи огнем. - Прозвучал в эфире немного нервозный голос Маши.
Высунулся из окна. До автомобилей было около 150 метров, начал долбить короткими очередями, беспокоить противника.
- Минус один, у второй машины. - Голос Маши. - Переведи огонь на большой куст, там вроде ещё засел.
Я начал стрелять в ту сторону, как незамедлительно прилетела ответка и пули защелкали по обшивке дома. Снова залег.
- Есть! Минус! - Снова голос Маши в эфире. - Это должны быть все, один в машине вроде остался. Сейчас пошевелю его.
Мария работала с глушителем, так что выстрелов я не слышал, только увидел, как лопнуло ветровое стекло со стороны водителя. Через пару секунд открылась задняя дверь и оттуда кто-то замахал когда-то белой тряпкой.
- Лёня, зачисти. Я прикрою. - Снова Машкин голос.
А вот Ведерников молчит давно. Осторожно поднялся и пошел на выход, попутно вызывая капитана.
- Капитан. Ведерников. Приём!
Тишина.
- Капитан, Приём!
Снова тишина. В груди екнуло.
- Андреич, отзовись, блядь!
- Ведерников на связи. - Тяжелый выдох. - За большим кустом, в низине.
Хотя хотелось бежать со всех ног, но сдерживался и шел аккуратно, выглядывая из укрытий. У дома четыре тела, от одного только кровавое месиво. Без касок и брони, обычный камуфляж под камуфлированными дождевиками. Сделал контроль всем, на всякий.
Открыл дверь вездехода, а водитель еще жив, хотя уже в агонии глотает ртом воздух, глаза бегают в предсмертном ужасе. Хрипит. В какой-то момент даже жалко стало, совсем молодой парень, внешность европейская, как и остальные. Облегчил его муки короткой очередью в голову.
- Лёня. – В динамике раздался хриплый голос капитана. – Вввнимательно. Запоми-най. Па-роль ттельфона 765987. Портфранк… Ксавье… Луиджи прроссил пердать дрель… Где дрель? … назови… дату… место…
- Женя. Евгений Андреич! Капитан, прием! Не отключайся! Иду!
Я уже открыто орал в микрофон и просто бежал наплевав на опасность.
- Лёня! Ложись! – Машка просто заорала в трубу.
Как бежал так и упал пробороздив по грязи, за долю секунды до того, как раздался треск автоматной очереди. Услышал вскрик боли, потом стало тихо.
- Беги! Чисто. – Почти кричала Маша.
Первое тело увидел сбоку от дороги, видимо был еще живой, вроде шевелился, а может и показалось. Задержался на секунду и заминусил. Теперь сомнений нет. Второй лежал рядом с ориентиром «большой куст», у него отсутствовала половина головы – меткая Маша.
Ведерникова нашел не сразу, пробежал всю низину, обернулся кое-как разглядел его в густой траве. На груди лужа из дождя и крови, глаза уже не реагировали на свет, пытался нащупать пульс, но бесполезно.
- «Опоздал…»
Хотя что я мог сделать? Будь с нами хороший полевой хирург и подоспей он сразу, возможно, были бы шансы. Сел рядом с телом Евгения.
