Я наслаждаюсь этим больше, чем следует другу. Я прижимаюсь к нему ближе, глажу его спину, запускаю руки в его волосы и глажу их — вроде по-матерински, вроде нет.
— Это мило. — Его дыхание щекочет кожу.
Снова краснею. Он чувствует жар?
— Заткнись и танцуй!
Играет припев, завывает и повторяется. Скотт и я не разговариваем остальное время песни. Мы оба вовлечены в физиологию наших тел, задевая друг друга, двигаясь в такт. Зачем он так со мной? Почему я ему это позволяю? Песня плавно переходит в другую, а потом еще в одну, и я плавно растворяюсь в Скотте.
Потом резко начинает играть быстрая мелодия, и мы отстраняемся друг от друга, словно просыпаемся ото сна. Конфуз.
Он смотрит на часы — почти полночь, затем смотрит на меня.
— Хочешь уйти сейчас?
Я киваю головой.
— Я хотела бы потанцевать медленно еще. Думаю, я освоила эту технику.
Он улыбается и берет меня за руку.
— Конечно.
Все его прикосновения сегодня вечером… Становится всё сложнее и сложнее для меня помнить, что он всего лишь друг. Мы подходим к столу с нашими пожитками. Скотт отпускает мою руку и выдвигает стул. Я присаживаюсь.
— Я пойду, возьму немного пунша. Ты, должно быть, хочешь пить.
— Убедись, что он годен для питья. — Мне не нужен нафаршированный алкоголем пунш. Во мне уже достаточно всего.
— Хорошо.
Он исчезает. Я верчу в руках сумочку. Мои губы пересохли. Выуживаю свой «Арбузный лед» и наношу немного.
— Извините, могу я присесть?
Я знаю этот голос. Превращаюсь в камень. Не могу развернуться. Как я могла подумать, что он может просто так от меня отстать хотя бы на одну ночь? Бросаю взгляд в противоположном направлении, ища кучку парней, следящих за тем, куда сели тупицы. Не могу их найти. Они, должно быть, за моей спиной.
Колби садится.
Я не смотрю на него. Не привлекаю внимание. Это первое правило защиты от издевательств.
— Так ты здесь со Скоттом? Как так получилось?
Тишина.
— Я имею ввиду: какая ужасная вещь произошла с такой красоткой как ты, которая заставила тебя прийти на наш выпускной со Скоттом? Ты его кузина? Друг семьи?
Я не сдерживаюсь:
— Разве у тебя не свидание? — Я выплевываю слова в его отвратительное, красивое лицо.
— Она выпила много пива перед танцами. — Колби кивает на девушку, спящую за столом рядом с нашим. — Так что я могу спасти тебя. — Он пододвигает свой стул ближе ко мне.
Я отодвигаюсь от него.
— Ты должна быть благодарна.
— Оставь это, Колби. Переходи уже к главному.
— Откуда ты знаешь моё имя?
Я неотрывно смотрю на него. Мой мозг, наконец, осознает, что тут происходит.
— А ты мое — нет?
— Если бы мы были знакомы раньше, куколка, — он обводить меня взглядом сверху вниз так, что я хочу его ударить, — я бы тебя запомнил. Эти ножки ни один парень не забудет. — Его голос понижается. Он так старается быть сексуальным. Колби наклоняется вперед и смотрит вниз на мое платье.
— Мои родители тут главные. Мы можем пойти в бассейн. — Он смотрит мне в лицо и его брови дергаются вверх. — Не хочешь понежиться в горячей ванной?
— Все же ты должен знать меня. Я хожу в школу Порт Хай.
— Как долго?
— Всегда. Я — Бет.
— Бет?
Я встаю и медленно поворачиваюсь к нему полностью.
— Ты называешь меня «Чудовище».
Нет причин, чтобы оставаться.
Скотт подходит именно в этот момент, держа по стаканчику малинового пунша в каждой руке. Я беру оба стакана и выплескиваю их на Колби.
— Спасибо, Скотт, но я не хочу пить.
Колби подскакивает, готовый меня убить. Скотт появляется между нами, с силой отталкивая его. Теперь Колби хочет убить Скотта. Я хватаю Скотта за руку и тащу на танцпол. Колби не сможет напасть здесь, у всех на виду.
Он стоит и смотрит на нас, скрежеща зубами и сжимая руки в кулаки, а затем удаляется из комнаты.
Несколько человек смотрят на Колби и смеются, но большинство слишком пьяны, слишком заняты, чтобы крутиться по кругу на танцполе, а остальные торчат на задворках, целуясь. Учителя делают вид, что ничего не произошло.
Скотт движется из стороны в сторону. Деревянный. Напуганный.
— Он, должно быть, пошел в туалет, чтобы отмыться.
— Давай уберемся отсюда по быстрому?
— Нет. — Он прекращает пытаться танцевать. — Я не позволю этому придурку испортить наш выпускной.
— Ты шутишь? Это сделало мой вечер! Спасибо.
— Я не боюсь его.
— Что докажет выбивание из тебя всего дерьма на пути к машине? Осталось-то всего пара песен.
— Инстинкт самосохранения — что-то вроде вины.
— Он очень пьян и зол. Мы не можем предоставить ему время, чтобы найти Трэвиса и Курта.
— Ладно. Ты победила.
Пока мы едем домой, Скотт говорит:
— Пообещай мне Бет. Следующий год. Давай обойдемся без Колби.
Я киваю головой на его безумную идею.
— Я серьезно.
— Конечно. Как пожелаешь.
