Перевод этой книги подготовлен сообществом "Книжный импорт".
Каждые несколько дней в нём выходят любительские переводы новых зарубежных книг в жанре non-fiction, которые скорее всего никогда не будут официально изданы в России.
Все переводы распространяются бесплатно и в ознакомительных целях среди подписчиков сообщества.
Подпишитесь на нас в Telegram: https://t.me/importknig
Оглавление
Пролог, 1974
Вечером в четверг, 8 августа 1974 года, усталый и изможденный президент Ричард Никсон выступил с телеобращением к американскому народу. Столкнувшись с угрозой импичмента и отстранения от должности, он наконец опустился на меч: "Я ухожу в отставку с поста президента завтра в полдень".
Большинство американцев приветствовали заявление президента, которое положило конец двум годам растущего разочарования и гнева общественности по поводу его попытки скрыть факт взлома в 1972 году штаб-квартиры Демократического национального комитета в комплексе Уотергейт в Вашингтоне.1 Некоторые из них присоединились к ликующей толпе из 3 000 человек в парке Лафайет через дорогу от Белого дома. Один из празднующих прикрепил к железной ограде, окружавшей Белый дом, табличку с надписью: "Динь-дон, ведьма мертва". Другие размахивали плакатами: see dick run; run, dick, run. Отражая всеобщее мнение на Капитолийском холме, сенатор Эдвард Кеннеди из Массачусетса воскликнул: "Кошмар Уотергейта закончился, Конституция в безопасности, и Америка снова может стать целой".2
Многие другие американцы, хотя и были рады уходу Никсона, оставались подавленными или утомленными продолжительностью кризиса. Представитель штата Джорджия Джулиан Бонд, борец за гражданские права, заметил: "Тюрьмы Джорджии полны людей, которые украли 5 или 10 долларов, а этот человек пытался украсть Конституцию Соединенных Штатов". Один из усталых противников администрации Никсона добавил: "Просто это не так хорошо, как я думал".3
Бывшие поклонники Никсона тоже торжественно приняли отставку. Хотя некоторые приверженцы настаивали на том, что его преследовали, многие, похоже, согласились с Джеймсом Дж. Килпатриком, консервативным комментатором: "Ложь, ложь, ложь! . . . Какая жалость, какая жалость! Это был президент, который вывел нас из Вьетнама, прекратил призыв в армию, восстановил необходимый консервативный баланс в Верховном суде, запустил обнадеживающие программы нового федерализма и своими смелыми заявлениями в адрес Красного Китая открыл новые пути к миру во всем мире. Теперь хорошее исчезает под обломками плохого. Приведение Джеральда Форда к присяге не может наступить ни на один час раньше".4 Эта присяга состоялась в Восточной комнате Белого дома на следующий день, 9 августа 1974 года, когда Форд заверил нацию: "Наш долгий национальный кошмар закончился". В то время большинство американцев, похоже, разделяли по крайней мере одно чувство: облегчение от того, что политическим институтам страны удалось пережить столь серьезный конституционный кризис, как Уотергейт. После принесения Фордом присяги председатель Верховного суда Уоррен Бергер взял за руку сенатора Хью Скотта из Пенсильвании и сказал: "Хью, все получилось. Слава Богу, все получилось". Бургер имел в виду конституционную систему.5
