Грейс бродила по полянке, гладила стволы деревьев, склонялась над ручьем, разглядывала замшелые камни хижины. Макс сидел на бревне, потягивая воду, и смотрел, как к Грейс возвращается ее прежнее состояние. Она даже замурлыкала какую-то песенку, а потом полезла в лиф чик за мобильником, крикнув Максу, что обязательно вернется сюда со своим «Никоном». Макс улегся среди желтых цветов, подставив лицо теплому майскому солнцу. Ему было на удивление спокойно.
– Скажите, вы считаете меня привлекательной?
– Простите, не понял вопроса, – пробормотал Макс, приоткрыв один глаз.
Грейс стояла рядом. Ее руки висели как плети. От недавнего веселого настроения не осталось и следа.
– Я задала вам простой вопрос: считаете ли вы меня привлекательной? И хочу получить простой ответ: да или нет.
– Это что, шутка? – спросил Макс, открывая оба глаза.
– Нет, я спрашиваю вполне серьезно.
Ее слова не убедили Макса.
– А я почему-то думаю, что вы решили пошутить.
– Мы же с вами друзья?
Макс сел, упершись локтями в колени.
– В общем-то, да.
– Вот и прекрасно. Я хочу, чтобы вы были честны со мною.
Макс усмехнулся. Такого поворота он никак не ожидал.
– Вы задали… опасный вопрос. Сомневаюсь, что вы не придеретесь к какому-нибудь моему слову.
Он знал манеру женщин задавать вопросы. Даже если сейчас начать рассыпаться в комплиментах, ей обязательно что-нибудь не понравится. К тому же Максу не хотелось выглядеть в ее глазах свиньей-сексистом. Но как удержаться от чисто мужских проявлений, когда перед тобой женщина в облегающем спортивном костюме да еще с невинным выражением лица?
Грейс подошла ближе:
– Хорошо. Я спрошу по-другому. Вы бы согласились на секс со мною?
На этот вопрос тело Макса отреагировало самым что ни на есть сексистским образом. Хорошо еще, что он был в просторных шортах. И тем не менее… Макс даже заерзал на месте.
– А почему вы спрашиваете?
– Да так, любопытно стало, – пожала плечами Грейс, потом обиженно скрестила руки на груди. – Если бы не согласились – ничего страшного. Я бы вас вполне поняла.
Макс невольно засмеялся:
– Вот они, зигзаги женской психологии! Я ведь даже не ответил, а вы уже предполагаете самое худшее.
– Просто я не заблуждаюсь насчет себя. Где мне тягаться с блондинкой Фей из бара? Поэтому я понимаю, что не вызываю у вас всплеска желания, который вызвала она.
Все это было сказано без горечи и намека на зависть. Сухая констатация факта. Грейс убедила себя в том, что недотягивает до Фей, и смирилась с неизбежным. Максу стало не по себе. Как ей в голову могла прийти такая чушь? Хуже того, как она могла поверить во все это?
Макс встал, подошел ближе:
– Вы совершенно не похожи на Фей. И слава богу, что не похожи. – (Грейс удивленно заморгала.) – И уж раз у нас зашел такой разговор… Фей меня ни с какой стороны не интересует, и сексом с ней я не занимался.
– Как не занимались? – продолжала моргать Грейс.
– А вот так. И не надо верить всему, что слышите.
– Но ведь она такая сексапильная, – не сдавалась Грейс. – И у нее такие удивительные сиськи.
Признание Макса ее явно озадачило.
– Во-первых, если налакаться до чертиков, любая женщина кажется сексапильной. А во-вторых… мужчины так устроены, что для них все сиськи удивительны. Особенно с логотипом «Эппл».
Это уже был флирт «на грани». Грейс могла и обидеться. Но она заливисто рассмеялась, и Максу сразу полегчало.
– И откуда у нас возникла эта тема? – спросил Макс. – Я думал, нам вполне хватает того, что есть.
Если Грейс имеет на него какие-то виды, если ей захотелось большего, нужно без промедления тормозить. В таком случае больше никакого бега по лесу.
– Мне нравится уровень наших отношений, – поспешила заверить его Грейс. – Мне нравится бегать с вами. Вы показываете мне такие красивые места. Просто…
Макс ждал, когда она справится с нерешительностью и с ее губ сорвется то, что было у нее на уме.
«А губы у нее пухлые и аппетитные», – совсем некстати подумалось ему.
Грейс молчала. Похоже, их дружба делала странный поворот. Очень может быть, поворот выведет на развилку, но в таких ситуациях честность лучше любых красивых слов.
– Грейс, давайте начистоту. Я сейчас нахожусь совсем не в том положении, чтобы предлагать женщине какие-либо отношения, кроме чисто дружеских. Не только вам. Любой женщине. У меня неустойчивая психика, непредсказуемое поведение. На меня нельзя положиться. Я был вынужден лечиться от кокаиновой зависимости. Каждый мой день – это сражение за жизнь без наркотиков. У меня бы совести не хватило предлагать кому-либо серьезные отношения. Зачем вам такая обуза?
– Кто говорит об отношениях? – Грейс наморщила лоб. – Я говорила о сексе.
– Спасибо за честность, – засмеялся Макс, до боли сжимая переносицу. – Но заниматься сексом я бы с вами не стал.
Его внутренний самец, изголодавшийся по женщинам, тут же устроил ему выволочку: «Чувак, ты что, в святые собрался? Телка сама клеится, а ты еще ерепенишься».
– Но я нахожу вас очень, очень привлекательной.
– Находите?
– У вас ведь есть зеркало? Если не с собой, то в номере.
Она улыбнулась уголками рта.
– Однако вы бы не стали…
