Грейс повернулась к Руби, бежавшей рядом с ней. Ее спутница раскраснелась и тяжело дышала, однако старалась ни на шаг не отставать от Грейс. Достижение, если учесть, что вместе они бегали всего четыре дня.
Естественно, Грейс предпочла бы бегать с Максом. Но Макс вместе с дядей Винсом и остальными парнями из бригады сейчас работал за городом. Они уезжали рано утром, а возвращались поздно вечером, жутко уставшие. Какие тут пробежки, когда единственным желанием было вымыться, поесть и завалиться спать? На пробудившуюся сексуальность Грейс это действовало не лучшим образом, но она старалась быть терпеливой и понимающей. Она могла бы бегать и одна, а тут вдруг Руби заявила, что обросла жирком и нужно срочно худеть, иначе будет стыдно показаться в бикини. По правде говоря, Грейс не видела у Руби ни малейшего намека на жировые складки, но промолчала и охотно согласилась взять дочь Винса в компанию. Тем более что за эти месяцы они с Руби незаметно сдружились.
– На Четвертое июля? – переспросила Грейс. – Да вроде никаких планов у меня нет.
– Вот и чудненько. Хочешь на несколько дней поехать в загородный дом моего отца? Мы двинем туда целой компанией. Каждый год ездим. Дом стоит у озера. Будешь плавать в свое удовольствие. Мы там катаемся на лодке, устраиваем барбекю, по вечерам жарим маршмэллоу, напиваемся, дурачимся напропалую. И еще запускаем потрясающие фейерверки. Словом, развлекаемся до потери пульса.
Приглашение было заманчивым, однако внутри Грейс почему-то шевельнулась настороженность. Осколки прежних страхов. Почему бы не поехать на озеро? Она в эти дни не работала. Кай ее не приглашал, поскольку явно собирался куда-нибудь поехать сам с друзьями и стадом девиц.
– Даже не знаю, – сказала Грейс. – Надо подумать.
– Тут нечего думать! – убеждала ее Руби. – Фантастически проведешь время. И потом, ты же почти всех знаешь. – Руби начала загибать пальцы. – Мы с Джошем, папа с мамой, само собой Кейлеб, Бак с какими-то подружками и Макс.
Услышав про Макса, Грейс перешла на шаг, уперев руки в бока.
– Макс тоже поедет? – спросила она, пытаясь скрыть любопытство, но смеющиеся глаза Руби показывали, что затея не удалась.
– Само собой, – ответила Руби, продолжая двигаться трусцой. Ее ярко-розовые заколки для волос смешно тряслись. – Как у тебя с ним?
Грейс мотнула головой. Перед глазами сразу же встала памятная сцена в номере у Макса. Ее кожа и сейчас ощущала следы его оргазма, заставляя все тело приятно замирать.
– Да никак. Мы просто друзья.
– Он же тебе нравится, – не отставала Руби, улыбаясь во весь рот. – Разве не так?
Грейс кашлянула и сделала вид, что выполняет упражнения на растяжку. Она побаивалась встречаться со смеющимися глазами Руби.
– Кто он? О ком ты говоришь?
Руби усмехнулась:
– Поясняю для особо понятливых: он – это мой двоюродный братец Макс. Парень, с которым тебя постоянно видят. Тот самый Макс, что пялится на тебя без остановки. Стоит тебе появиться, он вспыхивает, как прожектор.
– Что-то я не замечала, – попыталась возразить Грейс.
– Ах, какая ты у нас рассеянная! – шутливо погрозила ей пальцем Руби.
Грейс шумно выдохнула, не зная, смеяться или сердиться. Это тебе не Нью-Йорк, где даже ближайшим соседям наплевать, с кем ты встречаешься. Конечно, люди видели ее вместе с Максом. От досады Грейс поддала носком кроссовки камешек, и тот улетел в траву. За последние недели ей и самой стало понятно: их отношения с Максом неумолимо перемещались из области «только друзья» в не что иное, новое, непредсказуемое и потому более опасное.
– Да, Руби, – сказала Грейс, глядя в землю. – Он мне нравится.
Казалось бы, от такого признания ей должно сразу полегчать. Ведь это правда. Однако Грейс ощутила странную пустоту внутри.
Руби стояла рядом и улыбалась. Мягко, по-доброму.
– Макс – отличный парень. Жизнь потрепала его. Я не удивляюсь: он через такие жернова прошел. Но у него доброе сердце, и это в нем осталось неизменным.
– Да, сердце у него доброе, – согласилась Грейс.
– Ты могла бы стать ему прекрасной парой, – вдруг заявила Руби.
– Ой, не знаю, – вздохнула Грейс.
Помнится, Макс достаточно откровенно сказал, что не в состоянии дать ей ничего, кроме тела. Несколько недель назад Грейс это вполне устраивало. И сейчас устраивало. Иногда. Но когда его руки дотрагивались до нее… Грейс встряхнула головой, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Ну что она придумывает? Ее охватывает обыкновенное чувственное возбуждение. Она радуется, что ее сексуальность не задавлена, что она способна возбудить муж чину. Зачем усложнять их отношения? В глубине души Грейс знала: она не готова к серьезной связи. Просто… рядом с Максом она чувствовала другое. Свою готовность.
– Так вот, что касается папиного дома, – сказала Руби, возвращаясь к будущему пикнику. – Макс на озере всегда скучает. Но вдвоем вам не должно быть скучно. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я говорю.
Грейс засмеялась, прикрыв вспыхнувшие щеки. Конечно, она поняла намек Руби. Если поездка обещала возможность уединиться с Максом и поискать развлечений только для них двоих, она обеими руками за.
