Однако Баффет воспринимал сложившуюся ситуацию совсем по-другому. Он хотел купить еще больше акций Berkshire и Blue Chip. «Но я исчерпал все свои запасы. Я потратил все 16 миллионов долларов, которые получил от партнерства. Однажды я проснулся, и у меня не было денег вообще. Конечно, я получал 50 000 долларов в год от деятельности Berkshire Hathaway плюс комиссию за управление FMC287. Но это были мелочи, у меня не было никакого собственного капитала. Надо было начинать все сначала».
Он был очень, очень богат, но при этом у него вообще не было свободных денежных средств. Однако у компаний, которыми он владел, особенно у Berkshire Hathaway, имелись достаточные запасы наличности для покупки акций других компаний. Чтобы перевести часть денег из Berkshire в Diversified, Баффет создал перестраховочную компанию, то есть компанию, которая страхует другую страховую компанию37. Эта компания — Reinsurance Согр. — приняла на себя часть бизнеса National Indemnity, получала соответствующие премии и покрывала убытки. National Indemnity была настолько прибыльной и приносила столько свободных средств — премий, выплаченных до подачи претензий, что, получив часть ее бизнеса, Diversified как будто напрямую подключилась к громадному потоку денег. По прошествии времени это принесло компании миллионы и миллионы долларов288.
Поэтому Баффет начал покупать акции других компаний от имени Diversified. В основном он следовал модели Уоттлса и покупал акции Blue Chip и Berkshire Hathaway. Вскоре Diversified владела уже 10% Berkshire. Это было похоже на то, как если бы Berkshire выкупила обратно свои собственные акции, но не совсем. Эти две компании принадлежали двум разным владельцам. Баффет все еще запрещал своим Друзьям покупать акции Berkshire, в то время как он сам, Мангер и Готтесман были партнерами в Diversified38.
Но даже при том, что они периодически обменивались различными идеями и поддерживали друг друга в бизнесе, их интересы не всегда совпадали. Когда Мангера под присягой спросили, был ли он «альтер эго» Баффета, он ответил: «Нет». Он признавал, что у них была схожая манера поведения и речи, но он «никогда не был его младшим партнером». «У меня была своя собственная сфера деятельности», — подчеркивал Мангер39. Один раз он сообщил Баффету, что нашел пакет акции Blue Chip и хотел бы вместе с Готтесманом купить их для Diversified. Баффет же намеревался приобрести этот пакет для Berkshire Hathaway. После обсуждения, кому эти акции нужнее, Мангер и Готтесман победили, и Diversified получила их40.
Тем не менее Баффету принадлежали 43% Diversified. Акции Berkshire добавили почти 5% к его личному капиталу. Покупать акции через Diversified было очень удобно, потому что при этом цена на акции Berkshire оставались стабильной. Правда, вряд ли это было важно кому-то, кроме самого Баффета41.
Так почему же он это делал?
«Berkshire как бизнес стоила не более 40 долларов за акцию. Никто бы не заплатил ни цента больше за акции текстильной фабрики и страховой компании. И половина этих денег, 20 долларов из 40, приходилась на крайне паршивый бизнес. И я не знал, что делать, буквально не видел выхода из сложившейся ситуации. Я ведь уже был достаточно богат. Поэтому я поспорил с самим собой, что обязательно что-нибудь придумаю. И хотя это кажется эгоистичным, любой, кто думал, что она стоит больше 40 долларов, фактически клал деньги прямо мне в карман, поскольку компания столько не стоила».
Он не знал, что делать, кроме как инвестировать дальше. Верн Маккензи, который приехал из Нью-Бедфорда, чтобы занять должность бухгалтера компании, считал, что для Баффета это «была просто интересная игра». Все, что он делал, лишь укрепляло его положение. Он покупал тайно, чтобы избежать возможного столкновения с другими любителями дешевых акций, и следовал своей обычной манере — накапливать как можно больше. Но как президент Berkshire Hathaway и Diversified он главным образом покупал акции у своих бывших партнеров. Будучи абсолютно законными, эти действия тем не менее считались не совсем спортивными. Однако то, что партнеры все равно хотели продать свои акции, служило ему достаточным оправданием.
Баффет продолжал покупать акции Blue Chip Stamps, хотя компания все еще была вотчиной Мангера. Она владела отличной компанией под названием Sees, и Баффет набросился на ее акции, как акула на откормленного тюленя. А поскольку его финансовые ресурсы были практически неограниченными, доля Баффета быстро превзошла объединенную часть Мангера и Рика Герина — приятеля Мангера по Тихоокеанской фондовой бирже, который теперь управлял собственным инвестиционным партнерством.
