Наше благосостояние росло как на дрожжах. Неудобно об этом говорить, но было именно так. Особенно, после назначения Марата первым заместителем министра. Совместно они завладели производством пищевой соли и спичек, о которых почему-то так долго мечтали, выкупили кондитерскую и птицефабрику, стадион (зачем он им понадобился?) и даже пляж на берегу моря. Я не говорю уже о строительных трестах, автокомбинатах и еще каких-то предприятиях. В моей голове не помещается такое большое количество ненужной информации.
Зато параллельно этому процессу происходили изменения и у меня. Я обзавелась симпатичным дамским джипиком. Я не оговорилась, именно "джипиком", слово "джип" неприятно моему слуху, стоит поменять одну букву, как однажды пошутил Марат, и получается нечто некрасивое (я капризничаю, не более). В придачу к нашей квартире мы прикупили не менее симпатичный шестикомнатный особняк в пригороде.
- Большего нам пока не надо, зачем вызывать в людях зависть, - глубокомысленно рассуждал Марат.
Не буду рассказывать о своих украшениях и нарядах. Это никому неинтересно. Я много путешествовала (только всегда без Марата - работа!): Турция, Таиланд, Эмираты (общепринятые маршруты), а вот на курорты в Баден-Баден, Карловы Вары Марат отправлял меня сознательно.
- Дорогая, позаботься о здоровье. Нам, наконец, надо подумать о наследнике.
Действительно, надо. Марат заслужил. Но я не могла. С непонятным мне ужасом я находила в воображаемом будущем ребенке явные черты Марата, представляла его взрослым и таким же, как Марат, высокомерным, самоуверенным, холодным и... чужим мне человеком. Нет, не могу!
Что же делать? Ну, конечно, мне поможет Ленка. Она работает мамой. Я не оговорилась, подписала контракт с детским благотворительным фондом и устроилась "мамой" в семейный детский дом, воспитывает десять детей-сирот. Ленка должна помочь. Ведь заботиться о чужих детях и при этом искренне любить их, в этом должна быть скрыта какая-то истина, настоящая философия любви. Мой будущий ребенок имеет огромное преимущество перед этими детьми, значит и мне будет легче, ведь у моего малыша будет полноценная семья с любящими родителями.
Любящими его, но не друг друга... Имеют ли право люди, не испытывающие любви друг к другу, заводить ребенка? Вот пусть мне Ленка и ответит.
Заполнив багажник апельсинами, яблоками, бананами и такими веселыми конфетами на палочке я отправилась к Ленке. Фонд предоставил семейному детскому дому симпатичный и изящный коттедж, на лужайке перед домом ожидали своих хозяев велосипеды, самокаты, качели, игрушечные машинки. Нажав кнопку звонка, я услышала за дверью какую-то возню и чей-то детский возглас:
-- Ну вот, пришла тетя Рима, а ты опять не успел пропылесосить.
-- А она ничего и не заметит! - прозвучал уверенный ответ
Из-за двери показались две симпатичные мордашки.
-- Это вы, тетя Рима?
-- Это я.
Мордашки исчезли с воплем.
- Тетя Рима пришла-а-а!
В прихожей меня встречали десять пар заинтересованных и ожидающих детских глаз. В ответ на мое приветствие они хором, растягивая каждый слог, произнесли:
-- Здрась-те, те-тя Ри-ма!
Фрукты, привезенные в качестве гостинца, не произвели ожидаемого эффекта, оказывается их холодильник и кладовая были просто забиты теми же апельсинами и бананами. Зато (я мысленно поблагодарила всевышнего) они пришли в неописуемый восторг от конфет на палочке.
Усадив детей у телевизора, Ленка приступила к рассказу.