— Я настаивал на том, что они позволили мне организовать празднество для них,— он смеется. — Я уверен, что этот ресторан не стоял в списке вашей бабушки под номером один, но она не показала вида.
Женщина приходит через дверь, чтобы приветствовать нас.
— Ваш столик готов, мистер Эддисон. Папа может болтать без устали весь вечер, если ему только позволить.
Она хихикает и провожает нас к нашему столику.
Как только мы усаживаемся, я замечаю, что Мэнди выглядит подавленной. Я уверен, что все воспоминания о времени, проведенном здесь с бабушкой и дедушкой, как и все остальное, что произошло тогда, повлияли на нее, сделав нервной. Я тянусь к ней и беру ее за руку.
— Давным-давно, мой отец сделал то, что причинило вашей семье невообразимую боль.
Я смотрю ей прямо в глаза, совершенно не обращая внимания на все остальное, что происходит вокруг нас.
— Я знаю, почему ты и Лив познакомились, и по какой причине ты оказалась в этой поездке. Не могу сказать, что я хоть сколько-нибудь виню тебя, так как у меня были бы похожие мотивы, будь я на твоем месте. Но я привел тебя сюда сегодня для того, чтобы сказать, что собираюсь сделать все возможное, чтобы все исправить для тебя и твоей семьи.
— Я ненавидела твою семью в течение стольких лет, — хныкает она, и слезы начинают течь по ее щекам. — Твой отец все испортил!
— Я знаю, и поэтому хочу сделать кое-что для тебя, — заверяю я ее. — Твои бабушка и дедушка еще живы?
— Нет, — сдавленно говорит она. — Они в течение шести месяцев умерли друг за другом, когда я училась на старшем курсе института. Мы все жалели, что не посещали их чаще в последние несколько лет.
— Я сожалею.
Я протягиваю ей свою салфетку, чтобы она вытерла слезы со щек.
— Моя бабушка до сих пор жива, и я знаю, что она хотела бы встретиться с тобой. Ей будет восемьдесят пять этой осенью.
— Я понятия не имею, что, черт возьми, происходит, — Лив, наконец, прерывает свое длительное молчание. — У меня ощущение, что я словно попала в гребанную сумеречную зону.
Она откидывается на спинку стула и в возмущении скрещивает руки на груди.
— Что, черт возьми, между вами двумя происходит?
— Мой дед и дед Мэнди были хорошими друзьями, которые ужинали здесь около двадцати лет назад вместе с мамой и папой. Во время обеда, ее отец говорил о своей заинтересованности в консолидации кабельной индустрии, — начал я объяснять.
— И позвольте мне догадаться, Виктор заимствовал его идею, и опередил их, — говорит Лив, все правильно угадав.
— Да, именно это он и сделал. Он безжалостно перекупал компании на каждом их шаге, и заставил их бизнес умереть, — говорит Мэнди, выпуская наружу чувства, которые прятала внутри себя много лет.
— Это причина, по которой ваша семья уехала из Нью-Йорка?, — спрашивает ее Лив.
— Да, — кивает Мэнди. — Он убил нас.
— Их разговор, скорее всего, происходил за этим столом, — говорю я и нажимаю пальцами на старую деревянную столешницу. — Вот почему я привел ее сюда сегодня вечером, … чтобы все исправить, — признаюсь я.
— Да, неужели? И как же ты собираешься исправлять что-то подобное? — презрительно усмехается Лив.
— Я не могу вернуть твой старый семейный бизнес, но я найду способ исправить это для вас, ребята.
Я погладил Мэнди по бедру.
— Так что получается, мы с тобой, на самом деле, не друзья? — Лив внезапно поворачивается к Мэнди. — Ты просто использовала меня, чтобы добраться до него?
— Вначале, возможно, так и было, но я, правда, люблю тебя, — заявляет Мэнди, тщательно вытирая при этом оставшиеся слезы с глаз.
— Боже, не могу поверить в то, что ты говоришь, — закипает Лив. — Больше всего в жизни я ненавижу одну вещь — это когда меня используют.
Эти слова повисли в воздухе, Мэнди бросает на меня косой взгляд. Я точно знаю, на что она намекает своим взглядом. Я сам использую Лив слишком долгое время.
Мэнди
Если Лив злится из-за этого, то я даже не могу себе представить, как она отреагирует, когда Трей объясниться с ней. У нее снесет крышу. Хотя, я не понимаю ход ее мыслей, но, мне кажется, Трей уже неоднократно показывал ей свою незаинтересованность в отношения столь ясно, насколько это возможно, но это уже совсем другой вопрос. Я действительно не понимаю, почему он был так зациклен на своей первой подростковой влюбленности. Не могу дождаться, чтобы увидеть, что же такого особенного в этой девушке.
— Я хочу, чтобы вы обе попробовали говядину Кобе (
— Ты серьезно?
Я только что прочитала, что 300- граммовая порция мяса стоит триста пятьдесят долларов.
— Меня полностью устраивает обычная вырезка.
Не представляю, чтобы говядина Кобе стола в десять раз дороже обычного мяса. Это смешно.
— Просто порадуй меня, — усмехается Трей, — Это особый ужин.
— Мне нравится говядина Кобе, — разглагольствует Лив. — Это самый чудесный стейк.
Я поглядываю на нее краешком глаза, прикусив язык. Оно просто не стоит таких денег.
