Упокойная служба. Седьмой отдел (СИ) полностью

   Отпустил «поводок» за мгновение до того, как костяного волка разбросало по всему полю. Отпрыгнул, перекатился. Не глядя влепил похоронный звон, влив в него бoльшую часть оставшейся магии. Теперь у меня осталось времени на десять ударов сердца. Ровно десять, пока твари не придут в себя.

   Со всех ног бросился к жнецу. Уклонился от черной плети проклятия. Потом ещё раз. И еще. Жнец был уже близко.

   ?итуальный кинжал с посеребренным лезвием скользнул в руку, отразив блеск луны. Сила широким потоком хлынула к острию клинка – в ход пошла самая сильная магия из всех. Магия добровольной жертвы. Лезвие легко разрезало кожу на запястье. На землю потекла кровь. Очередное проклятие жнеца не встретило преграды. Мне некогда было его отражать.

   Теряя сознание, нанес последний сокрушительный удаp… Жнец пошатнулся. Свита рассыпалась, превращаясь в серые хлопья праха, но я понял – не справился. Не хватило сил. Совсем немного… Самой малости. Лишь бы только парни успели. У них осталось несколько секунд… Мне бы сил хоть ещё на один удар, но… лунный дар больше не откликался. Я исчерпал его до последней капли.

   Понимая, что сейчас умру, поднял голову и посмотрел на одинокую фигуру жнеца. Смерть нужно встречать достойно…

***

Вскинулся, задыхаясь.

   Темнота. Мертвая. Кромешная. Словно я опять полностью ослеп. Дрожащими руками призвал светляка, вложив в него силы раза в три больше, чем нужно. Избушку залило светом. Нет. Не ослеп. Во всяком случае, не полностью. Выдохнул, успокаиваясь.

   – Что еще за новости? - недовольно спросила Веснянка, закрывая рукой глаза.

   – Прости, - произнес виновато, убавляя яркость светляка.

   – Ночь за окном, Ясен! – с укоризной произнесла Веснянка. - Собрался уходить к себе в форт, мог бы сделать это тихо и без иллюминаций.

   – Я не собирался. Просто сон приснился, - объяснил я.

   – Вы все, некроманты, немного не в себе… – Веснянка осеклась, потом принюхалась. - Что за… почему здесь падалью пахнет? Ясен! Твоих рук дело? Где труп спрятал, чокнутый лунный? И почему ты вообще притащил его ко мне?

   – Труп? – я насторожился – в воздухе действительно пахло разложением. И не только пахло. Знакoмая дрожь магических потоков. Совсем рядом с домом находился кто-то очень и очень сильный. Не маг, а тот, чье существование создано магией и ею поддерживается – высшая нежить или сотворенный… И то,и другое – плохо. Ничего себе – спокойная жизнь в Северном форте. У меня такой «спокойной» даже во время службы в «Фениксе» не было.

   Веснянка встала с кровати и подняла мою куртку. Обнюхав ее, вытащила мешочек с раздавленной мышью… Вот… демоны… Я на мгновение даже забыл о твари, которая бродила где-то неподалеку. Пахла, разумеется, не тварь, а всего лишь мышь, хотя тварь тоже была. Но надо ж было забыть про свидетеля! И в заморозку находку не бросил, рассчитывая быстро разобраться – чем меньше магическoго воздействия на материал,тем лучше, а там как-то не до мышей стало.

   – Я уже ухoжу, - убрал мышь в карман, принялся спешно собираться, надеясь, что злая на меня ведьма не почувствует приближение настоящей нежити.

   – Что-то случилось? - вдруг насторожилась Веснянка.

   – Ничего, о чем тебе следует знать, - уклонился я от ответа. - Запри дверь получше и выставь запрещающие обереги. У тебя ведь есть такие?

   – Есть. А против кого?

   – Все, какие есть, такие и поставь. И укрой свою избушку мороком.

   – Она и так укрыта.

   – ?ще лучше укрой, – ответил я, надевая куртку.

   – Ясен, да что происходит? У нас тихий и мирный городок. Из всех происшествий – воровство да пьяные драки. От кого морок-то ставить? И что это за мышь в твоем кармане?

   – Некогда, - бросил я, вытаскивая кинжал из ножен, прикрепленных к внутреннему карма?у куртки. - Хочешь жить, делай, чтo сказал.