– Точно. – Адамек казался в высшей степени довольным. – Песок в коробке передач – это именно то, о чем идет речь. Мы находимся в состоянии войны с Англией, тяжелым противником. Чтобы одержать победу, мы должны помешать англичанам сравняться с нами в отношении имеющейся в их распоряжении боевой техники. Например, в настоящее время около четырех немецких бомбардировщиков приходится на один английский, и в наших жизненно важных интересах сохранить это превосходство. Проблема заключается в том, что у британцев есть мощные союзники, прежде всего это Соединенные Штаты, которые, насколько нам известно, уже начали поставлять в Англию самолеты, оружие и боеприпасы – тайно и в обход Конгресса, потому что действующие законы вообще-то запрещают Рузвельту это делать.
– Я понимаю, – сказала Хелена, хотя на самом деле не понимала, к чему все это могло привести.
– Конечно, американский президент не станет этому препятствовать; он уже собирается просто изменить соответствующие законы. Возможно, он найдет способ убедить американский народ в том, что США должны вмешаться в войну. Но даже если он только снабжает Англию оружием, Америка с ее производственными мощностями представляет для нас проблему. Именно здесь должен вступить в работу проект «Летучий песок». Мы хотим позаботиться о том, чтобы на американских заводах остановились шестеренки. Или чтобы они производили брак. Чтобы оружие, которое они производят, не стреляло. Чтобы самолеты, которые они строят, не летали, корабли не плавали, а бомбы не…
– Манипулируя компьютерами, которые управляют их оборудованием! – вырвалось у Хелены, когда ей наконец стал ясен смысл всего сказанного.
Адамек улыбнулся.
– Точно. И не вызывая у них никаких подозрений.
– Это сложно. – Ее мысли начали разбегаться. – Для этого нужно хорошо знать программы, которые они используют, чтобы найти возможность в них вклиниться…
– Нам известны эти программы. Большинство американских компаний используют оборудование немецких компаний или оборудование, произведенное по немецким образцам. Наши патенты больше не действуют.
Хелена кивнула:
– Тогда должно получиться. Только как мы поместим измененные программы в оборудование?
– Это сделают агенты на местах. Мы не имеем к этому отношения.
– Хорошо.
Мужчина в инвалидном кресле наклонился вперед.
– Похоже, что эта задача вас заинтересовала. Или я ошибаюсь? И вы предпочли бы дальше нести службу обличителя? Готовить отчеты для диспетчерской?
Хелена резко покачала головой.
– Нет-нет. Проект меня очень заинтересовал.
– Я так и думал. – Он взял трубку рабочего телефона, набрал номер: – Герр Мёллер? Я сейчас пришлю ценное подкрепление для вашей рабочей группы…
В ночь на субботу, 17 августа 1940 года, английские самолеты подвергли бомбардировке центр города Веймара, несмотря на мощную противовоздушную оборону. На следующий день от телефона к телефону доносились новости о том, что при этом пострадал садовый домик, который некогда принадлежал лучшему из поэтов Иоганну Вольфгангу фон Гете, и Хелена была одной из тех, кто затем отправился к реке Ильм, чтобы оценить нанесенный ущерб.
Смотреть было особенно не на что. Любопытная толпа теснилась у забора, которым полиция оцепила территорию вокруг исторического здания, и увидеть можно было только то, что ремонтные работы уже начались.
– Крыша, – услышала Хелена чей-то голос. – Крыша повреждена. Вот почему они натянули на нее брезент.
Когда она взглянула на свой телефон, то увидела, что могла и не приезжать, – в новостном потоке уже мелькали кадры ремонтных работ. Кто-то из Государственной высшей школы строительного искусства в Веймаре сожалел, что удар пришелся на «прообраз немецкого жилого дома», за что получил десятки гневных комментариев, может, он подумает о людях, находившихся во временном госпитале, который тоже был поражен бомбами?
И пока она шагала, уткнувшись взглядом в свой телефон, она чуть не врезалась в мужчину, делающего то же самое, и этим мужчиной оказался не кто иной, как доктор Данцер.
– Здравствуйте, герр доктор, – сказала Хелена, протягивая ему руку в знак приветствия.
Он озадаченно посмотрел на нее.
– Извините, я чуть не… ах, разве вы не дочь доктора Боденкампа? Хелена, не так ли?
– Да, – ответила она.
Он просиял.
– Боже мой, так много времени прошло с тех пор, как я видел вас в последний раз. Тогда вы были
– Хорошо, – сказала Хелена. – Я теперь тоже работаю в НСА. Так же, как и вы.
Вся его снисходительная приветливость мгновенно улетучилась.
– Я? Я не понимаю, о чем вы говорите.
– Управление национальной безопасности, – повторила Хелена. – Недавно я видела, как вы входили в здание через погрузочную платформу.
– Должно быть, вы меня с кем-то перепутали, – холодно возразил он. Он нервно огляделся, затем произнес: – Прошу прощения, мне пора идти. Срочные дела, понимаете ли.
С этими словами он развернулся и удалился твердой походкой.
