Второе – работать над собой духовно. Над своим вниманием, чувством себя, уделить внимание внутреннему я, чакрам, медитации, попробовать все духовные техники, практики, которые существуют. Полностью окунуться в духовное. Нужна и социально-материальная адаптация, и духовная. И в то и в другое нужно уйти с головой. Чтобы достичь результата, достаточно года практики. Потом это все будет выражаться, отражаться, реализовываться уже естественным образом. Но акцент внимания надо делать на год практики и духовного, и материального. Во что это упирается? – В деньги. На все нужны деньги. Без них вы не сможете этого сделать. А с деньгами – год.
Сейчас объясню, к чему я это веду.
Люди не используют весь потенциал своего мозга. Но нет такого, что мозг насколько-то работает или не работает. Дело вообще не в нем. Для меня мозг – как коробка. Но дело все равно во внимании. Если взять обычного среднестатистического человека из России – его внимание находится на очень низком уровне, фокус внимания, градус, под которым он воспринимает мир и людей, очень ограничен. Он не знает не то, что мира, но даже своего города. Город, он тоже многогранный, многосоциальный. А человек находится только в своем социальном слое общества и крутится по зоне. У него есть плохие люди, хорошие, успешные, неуспешные. У них есть увлечения и развлечения. И он живет в рамках своего мирочка. И можно сказать, что мозг у него работает на один процент. Вот и все. Человек начинает становиться человеком мира, повышает уровень жизни, пробует все слои общества, расширяет кругозор. Мозг – как мышца, как наше тело, представьте, что у обычных людей накачан только мизинчик. Из всего тела. Они только им шевелят, решают проблемы, добиваются успеха. А все остальные мышцы атрофированы. Вот так же у людей атрофирован мозг. Если человек начинает пользоваться всеми группами мышц, тогда они все качаются. Тогда и весь мозг качается. Понимаете, как это происходит?
И самое интересное. Человек качает свой мозг, приучает его к большему объему информации, усиливает и увеличивает это изо дня в день. Есть мышечная память – человек привыкает и уже не может, как овощ, вернуться обратно в свой спальный район и сидеть ковыряться в носу и смотреть передачу. Его будет ломать, как техника на стуле. Ему будет тяжело, будет ехать крыша, для него это будет как деградация. Его как будто, как пантеру, взяли и закрыли в клетке. Если она привыкла ходить в ограниченном загоне, со временем это становится привычной средой и ей хорошо. И если ее, как человека в 35 лет, выпустить из такого загона три на три метра, эта пантера, даже если убрать вольер, так и будет стоять на месте. Вот так я воспринимаю своих клиентов. Ты даже вольер убираешь, а он все равно стоит. А если засунуть в вольер пантеру, которая с детства бегала-бегала-бегала, охотилась до своих 35 лет, ей будет хреново. Она уже не сможет сидеть в клетке. Я – как эта пантера. Я хищник, охотник. Я в ритме бегаю, не могу уже в клетке находиться. А есть люди, которые к своим годам к ней привыкли, даже если ее убрать, они уже не могут заставить себя бегать. Это дается с трудом.
И самое интересное, возраст сказывается очень сильно. Точнее, не возраст, а сроки, время. Почему у меня много читателей, которые в свои 50–60 лет в тысячу раз более активны и осознаны, чем мои ровесники? А потому что они жили в других условиях – ходили по гостям, взаимодействовали с людьми, путешествовали, реализовывали себя. Поэтому они в 60 лет свободно общаются и могут найти общий язык с двадцатилетним человеком. А есть те, кому по двадцать пять, а общаешься как будто с дедом или бабкой. Это люди, которым сейчас по 25, и они все эти годы сидели со своими пожилыми родителями в четырех стенах и верили в Советский Союз. И даже если дать им курсы, денег и все возможности, они с трудом, как будто из них песок сыплется, будут что-то делать, им будет очень некомфортно. И они будут ныть, что им тяжело.
Поговорим про мозг, потенциал и ограниченность. Я сделал акцент, что все упирается в деньги. Представьте, каково мне, чтобы вы понимали, какая у меня психологическая нагрузка. Я, как вы, родился в городе, в стране, среди людей. И я смотрю на это мир глобально, трезво, осознанно. И, допустим, я хочу изменить его, перевернуть этот мир или занять место у пульта. Или я хочу, чтобы все смотрели мои фильмы, или чтобы ели мои йогурты. Или я хочу, чтобы люди ходили во всем черном. Все, что угодно. Я ребенок и вдруг, с детства, задумался, почему вы все, люди, делаете вот так. Почему восхищаетесь всеми теми, кого показывают по телевидению? И почему вы сами не в телевизоре? Почему не вы диктуете, как жить? Не пропагандируете что-то? Почему никто из тех, кто сейчас меня читает, не является Патриархом Кириллом? Или Владимиром Владимировичем? Почему? Почему вы этого не сделали? Сейчас объясню.
