Климатические условия всегда оказывают влияние на результаты операции. Не стал в этом случае исключением и Афганистан. Резкие перепады температур в горах, а к ним привыкнуть практически невозможно, были, наверное, не менее коварным противником, чем душманы. От ночного холода спасало только зимнее обмундирование. Утром становилось чуть теплее, а через несколько часов уже нигде нельзя было укрыться от дикой, неимоверной и иссушающей жары. Если днем приходилось подниматься в горы, солдаты были готовы остаться в одних трусах, все остальное с себя снять и бросить, лишь бы не тащить наверх, поскольку каждый килограмм веса отнимал огромное количество сил.
В горах невозможно оказать квалифицированную медицинскую помощь. Несмотря на то что мы делали все от нас зависящее, иногда люди погибали от солнечных и тепловых ударов.
Обычно требовалось трое или четверо суток, для того чтобы рота или батальон вышли в указанный район. К этому времени уже было необходимо пополнять запасы продовольствия, боеприпасов и, самое главное, воды. Делать это было чрезвычайно трудно. Подниматься на высоту трех с половиной тысяч метров и почти вплотную подходить к подразделениям нашим вертолетам удавалось. Но для разгрузки нужно было сесть на какую-нибудь площадку или в крайнем случае хотя бы на несколько минут зависнуть. Однако разреженность воздуха на такой высоте и имевшийся на борту дополнительный груз не позволяли делать ни того ни другого. У вертолетчиков есть специальный термин – «статический потолок». Под ним подразумевается определенная высота, на которой теоретически вертолет еще может зависнуть. Для различных типов машин она колеблется от полутора до двух километров. В Афганистане нашим вертолетчикам приходилось действовать на пределе технических возможностей.
Офицерам ВВС нужно было обладать величайшим мастерством, и такие, к счастью, служили в составе Ограниченного контингента. Показывая чудеса пилотажа, они все-таки умудрялись, каким-то образом приткнувшись, именно приткнувшись передним шасси вертолета к небольшому выступу или камню, обозначить зависание и за считанные секунды сбросить на скалы доставленный для подразделения груз. После этого вертолет уже не мог идти вверх. Он просто сваливался к подножию, уходил вниз и только за счет падения снова набирал скорость и подъемную силу.
Во время проведения операций высоко в горах мы постоянно сталкивались со значительными трудностями при эвакуации раненых. Даже при самых решительных и энергичных действиях не всегда удавалось спасти человека. Если тяжелое ранение получено на большой высоте, то остановить кровь практически невозможно. Доставка ее в горы или транспортировка раненого на вертолете исключались. Оставался только один выход – спускать солдата или офицера вниз вручную. Для этого командиром подразделения выделялись специально отобранные, очень выносливые солдаты, которые на самодельных носилках несли своего товарища, и соответствующая охрана. В зависимости от высоты и местности с одним раненым спускалось тринадцать-пятнадцать человек. Только таким образом его могли доставить к подножию, где находились медико-санитарные подразделения.
При подготовке и проведении летней операции в Панджшере возникали такие же проблемы, с которыми приходилось сталкиваться и в других районах Афганистана. Одна из них – управление во время боя артиллерией и авиацией.
Своевременная корректировка артиллерийского огня была для нас очень важна. Перед началом боевых действий вся техника оставалась где-нибудь внизу, а десантникам и мотострелкам при подъеме приходилось надеяться только на свои ноги. Дорогу этим подразделениям расчищала артиллерия. Солдаты должны быть уверены, что впереди прошел свой огонь и они не попадут в засаду. Но огнем необходимо управлять. Иногда возникали ситуации, когда мы планировали провести артиллерийские налеты по определенным ущельям, каньонам и высоткам, предполагая, что именно там могут находиться засады душманов. На самом же деле они оказывались в совершенно других местах. Огонь нужно было переносить немедленно.
Во время проведения панджшерской операции мы имели специальные группы во главе с офицером-корректировщиком… Постоянная и бесперебойная связь являлась непременным условием успеха. Где бы ни находился офицер, он обязательно должен был иметь возможность ежесекундно связаться с огневыми позициями, чтобы артиллеристы могли сразу же перенести огонь.
Артиллерийские корректировщики постоянно находились рядом с командиром подразделения, к которому были приданы и в чьих интересах работали. Вместе с батальоном или отдельной ротой они наступали вдоль ущелья или по гребню горы. Действуя только таким образом, корректировщики могли видеть передний край и идущих впереди солдат, а также наблюдать места разрывов снарядов.