– А сейчас прошу изложить мне все произошедшее с вами письменно. И начните с момента, когда заселились, во сколько пришли в ресторан, какое количество спиртного употребили, как познакомились с этим парнем и пригласили к себе в номер.
– Я его не приглашала.
– Это неправда! Лифтер говорит, что вы вместе поднимались на ваш этаж, и мило беседовали. Так что, рассказывайте все честно. Мы должны тщательно проверить ваши показания. А кстати, когда приедет ваш муж, мы его тоже вызовем. Он должен будет подтвердить, что с вами подобных происшествий раньше не было.
– Послушайте, я не хочу никаких расследований. Мне скандал ни к чему. Я отказываюсь привлекать этого молодого человека к ответственности.
– Ну как хотите. Только зря у органов правопорядка время отнимаете. Пишите тогда объяснение, что ссора возникла из-за случайно порванных бус. А в конце обязательно припишите фразу, что ни к кому претензий не имеете.
Наблюдая, как женщин старательно выводит буквы, полковник удовлетворенно подумал:
«Мой расчет оказался верным. Она не хочет информировать супруга о легкомысленном приглашении незнакомого мужчины в номер. Теперь мне остается только заставить работать на себя этого опера, попавшего в трудное положение».
Вернувшись в кабинет начальника охраны, Кленов вновь попросил оставить его наедине с Лыковым. Помахав угрожающе в воздухе заявлением девицы, он сразу перешел к угрозам:
– Я был бы рад тебе помочь и выручить из беды. Но твоя новая знакомая и слышать не хочет о прощении. Я могу попытаться скрыть происшествие. А вдруг она жалобу накатает. Да и зачем мне за тебя подставляться?
– Так что же мне делать? Как отца родного прошу, помогите! А я уж отплачу добром за добро.
– Надеюсь, ты мне не примитивную взятку предлагаешь? Я так и думал. Есть один выход оправдать мое отклонение от служебного долга. Ты напишешь сейчас обязательство информировать меня обо всех фактах нарушений законности в отделе Бурова. У меня при таком варианте будет официальное оправдание, почему я решил тебя сохранить в рядах полиции.
– Скажите, эту бабу мне специально подсунули?
– Даю слово офицера, что всё случайно сложилось.
– А почему служба собственной безопасности Буровым заинтересовалась?
– За последние два месяца провалились несколько операций. У вас в отделе явно завёлся «крот». Мы понимаем, что наши сотрудники всего лишь обыкновенные люди, которым надо содержать семьи. А соблазн воспользоваться своим влиянием на распределение нелегальных доходов достаточно велик.
– Так вы полагаете, что Буров в этом замешан?
– Официально майор Буров ведет разработку дельцов из одной крупной фирмы. Но есть подозрения, что в реальности он активно участвует в присвоении части получаемых ею нелегальных доходов. Мне надо провести с твоей помощью проверку Бурова. Сообщай обо всех настораживающих даже незначительных фактах. И если в течение двух месяцев информация о злоупотреблениях Бурова не подтвердится, наблюдение прекратим. Ну что скажешь?
– Если речь идет лишь о проверке честности подполковника, то я согласен.
– Ну, тогда, считай, договорились. Выполнишь задание и ровно через два месяца сам порвешь составленные на тебя в гостинице материалы. А пока пиши подписку о неразглашении нашей беседы.
Уходя из гостиницы, Клёнов поблагодарил начальника охраны. И тот с облегчением вздохнул, спихнув с себя ответственность за разрешение неприятного происшествия.
Лыков позвонил полковнику через неделю и срывающимся от волнения голосом попросил о срочной встрече. Полковник предложил приехать в кафе в центре города. Присев за столик, Лыков сразу начал свой взволнованный рассказ о своём участии под руководством Бурова в изъятии флешки с секретной информацией. Полковник слушал, не перебивая:
«Буров при проведении оперативной операции вёл себя странно и руководству о результатах не доложил. Адрес дачи женщины известен, и через неё надо будет установить мужика, пришедшего за флешкой. Эти люди могут дать важные сведения о подлинной цели подозрительных действий Бурова. Мне нужны дополнительные зацепки».
И Клёнов задал стандартный допрос:
– Слушай, Алексей. Припомни еще какие-нибудь детали событий вчерашнего дня.
– Да ничего особенного. Хотя, стоп! Возле церкви в переулке крутился молодой мужик в джинсовом костюме с фотоаппаратом на груди.
– Случайно не наш коллега?
– Нет, не похож. Опера, ведя наблюдение, тайно делают снимки из пуговицы, кармана или из деловой папки. А мужик этот тупо стоял почти на виду за капотом припаркованной иномарки и открыто щелкал все подряд.
– Значит, в объектив этого фотолюбителя мог попасть интересный для нас кадр. Ладно, это я беру на себя. Ну, все, спасибо за ценные сведения. Продолжай наблюдать и немедленно докладывать.
После ухода Лыкова полковник, убедившись, что все вокруг спокойно, тоже покинул кафе.
