«А всё-таки его подсознание работает по Фрейду, выбирая из толпы молоденьких девчат. Предлагает им позировать на фоне нелепого памятника, метко прозванного народом «Дед Мазай и зайцы». Но пора переходить к делу».
И полковник окликнул находящегося вблизи фотографа:
– Виталий Михайлович, можно вас буквально минут на пять. Есть разговор.
С недоверием вглядываясь в незнакомое лицо, Силин приблизился к скамейке. А Клёнов, словно встретив давнего знакомого, с которым расстался накануне, приветливо пригласил:
– Присаживайтесь, передохните немного. День сегодня выдался великолепный. Солнце ярко освещает нашу грешную землю, но жары пока нет. Вполне можно успеть сделать несколько удачных кадров. Я, кстати давний поклонник вашего творчества.
– Извините, а вы не представитесь? Я не могу припомнить, где мы встречались.
– А мы пока с вами по жизни не сталкивались. Это наша первая очная приватная беседа. Не скрою, мы за вами со стороны наблюдаем уже довольно давно, и в курсе многих ваших поступков, в том числе и противоправных.
– Наш разговор принимает довольно неприятный оборот.
– Поверьте, мне он тоже не нравится. Но я вынужден его вести. Вот моё удостоверение. Я полковник полиции, и разговор у нас будет чрезвычайно ответственный.
– И зачем я понадобился вашему ведомству?
– А вы сами не догадываетесь? Судя по вашему встревоженному лицу, я попал в точку. Вы добровольно расскажете о похищении людей возле церкви на Арбате, или нам придётся прилагать усилия для установления истины?
– Я ничего не видел и не надо меня в чужие дела втягивать.
– Тогда зайдём с другой стороны. Вот, почитай заявление с обвинением тебя в изнасиловании. Сейчас решается вопрос о возбуждении уголовного дела. Но я могу и спустить дело на тормозах. У тебя на размышление есть всего пара минут.
Быстро пробежав глазами заявление, Силин искренне возмутился:
– Ну, эта девица и мастерица выкидывать номера! Она же меня обокрала, выпотрошив портмоне, да ещё обвиняет в изнасиловании. Совсем совести нет!
– А ты придержи эмоции. Кражу ты доказать не сможешь. Зато при обыске на твоём постельном белье эксперт легко выявит следы полового акта с юной студенткой. Посадить тебя за решётку будет несложно. Так, я жду благоразумного ответа.
– Скажите прямо, что вам нужно?
– Я хочу услышать детальный рассказ о происшествии в Спасопесковском переулке и получить сделанные там тобою фотографии.
Услышав, что полицию интересуют только снимки, Клёнов понял, что собеседник не знает о сохранённой им флешке. Опасаясь подвоха, для подстраховки поинтересовался:
– А кроме фотоснимков вас больше ничего не интересует?
– А у тебя есть ещё что-нибудь важное?
– Нет, я так просто спросил. А какие гарантии, что в обмен на фотоснимки я получу полное оправдание?
– Всё очень просто. Ты напишешь, что половой акт произошёл по обоюдному согласию, а потом девчонка тебя обокрала и, боясь ответственности, оболгала. И у меня будут основания уговорить следователя отказать в возбуждении уголовного дела. Но я это сделаю только после передачи мне фотоснимков и подробного изложения событий в Спасопесковском переулке.
Не видя выхода, Силин рассказал, как желая сделать удачный снимок, следовал за колоритной дамой. Затем описал, как идущего к ней на свидание мужика заставили сесть в подъехавшую автомашину. И, благоразумно умолчав о событиях в церкви, поведал о том, как угрозами женщину заставили сесть рядом с захваченным ранее её знакомым и увезли в сторону Садового кольца.
Полковник внимательно выслушал и на всякий случай спросил:
– Номер машины, конечно, не запомнил?
– А зачем это было нужно, если сделанный мною снимок чётко зафиксировал и номерной знак автомашины, и физиономию похитителя с родинкой под глазом. Всего я успел сделать на этом месте четыре кадра.
Клёнов с трудом поверил в столь невероятную удачу:
«Неужели, опытный Буров допустил столь непростительный просчёт? Это возможно лишь из-за его излишней самоуверенности и манящего запаха непомерного обогащения».
Клёнов повернулся к фотографу:
– Мне срочно нужны сделанные в Спасопесковском переулке снимки. Где они?
– У меня дома. Если вы подождёте, то я через час подвезу их сюда.
– Ты очень наивный человек. Разве я, зная о важных уликах по делу, выпустить тебя хоть на секунду из виду? Сейчас вместе поедем к тебе за фотографиями, сделанными в тот памятный день. Возражений, надеюсь, не будет?
До дома Силина добрались быстро. Просмотрев фотографии, Клёнов пришёл в восторг:
«Этот Силин чётко зафиксировал как Буров заставляет даму в лиловом костюме сесть на заднее сиденье рядом с Фалиным. И, главное, виден номер автомашины Бурова. Это напрямую привязывает его к убийствам бизнесмена и бухгалтерши».
И Клёнов, радуясь удаче, похвалил фотографа:
– Молодец, Силин, сразу видна рука большого мастера. Всё чётко и понятно. Запиши номер моего телефона. Если понадобится моя помощь, то смело звони. Я ценю лояльное к нашему ведомству отношение. А о заявлении глупой девчонки забудь думать. Оформим официальный отказ в возбуждении уголовного дела.
