- Х*р с ним со всем! Вставлять-выдергивать в другом месте будешь. Включить дизеля! Включить кабину «У»!
Вот так! Нет таких трудностей, которые бы не смогли одолеть эти самые... , ну вы понимаете. Старт наблюдали во всей красе. Потом ночь подошла и большой налет был. Часа на четыре. И две трети целей на наш дивизион. Повезло. Отработали нормально, даже фотоконтроль не дурил.
Случалось у шефа самодурство и безусловно полезное. На «точке» в свинарнике поголовье откармливалось. До десятка штук иногда. Под присмотром свинаря в ефрейторской должности старшего собаковода (о псах попозже). Товарных поросят в полк забирали и абзац. А шефуля , вишь ты, захотел личный состав к новому году парной свининкой накормить. Хоть среди воинов не меньше трети мусульман было, свинина пошла - будь здоров. От полковой мясной пайки на этот период отказались официально. В установленном порядке. Тут оно и началось. Дежурю я оперативным на Центре, а с коммутатора меня Йонас, телефонист, зовет.
- Товарищ лейтенант! Там Анискин с замом по тылу ругается. Хотите послушать?
Развернул я у воина наушник, к голове своей, тогда еще не лысой, приставил. Рычажок коммутатора на себя. Беседуют два полуполкана. Жаль только, самый финал застал.
- Вы за это ответите, Николай Иванович!
- Отвечу. Отвечу. Я тебе так отвечу. Ты у меня сам свинарник драить будешь. Где в полку эта свинина? В столовой её не видели, на семейный стол тоже не получали. Ты с восьми на восемнадцати на службе, а я круглые сутки. Г*внюк в теплом сортире. Я тебе отвечу...
И отключился. Вечером же приказал еще одного порося забить. И ничего. Обошлось.
Еще один случАй, чтобы уж «долить до краев». Однажды, когда ему шлея под хвост попала, аншеф жене своей трое суток ареста объявил. Она у нас в ту пору сержантом-контрактницей числилась по телефонной части и даже на службу иногда выходила. Но не отсидела, однако.
А вот у комполка задурь чаще всего на офицеров выливалась. Он считал, отчасти и справедливо, что вздрюченный даже не по делу офицер гораздо лучше службу нести будет. И изощрялся в этом. Виктор Алексеич, по прозвищу Папа, большой тому мастер был.
Прикатил он к нам однажды ни свет, ни заря, еще до подъёма. В момент мой в оперативных. Сильно примчал разгоряченным. Ну, готовность сыграли, отвоевали, то, сё... Рутина... Но что-то зуд у Папы не прошел. В капонире ДКП, как положено, стол был с ГГС - громкоговорящей связью на полк. На столе динамик, в столешнице отверстие, оттуда кабель с микрофоном ДМШ на конце. Нажимаешь - и в ДМШ говоришь. Отпускаешь - динамик слушаешь. Папа вокруг стола побегал-побегал, глазами посканировал, да ящик выдвижной на себя и рванул. И аж взвился.
- Эт-то что? Та-а-варищ лейтенант, это у вас что?!
Мне и самому интересно. Почти год на «Планшете», а ни разу этот ящик не открывал. Подошел, заглянул. Сказать по правде, было на что посмотреть. Ни на гражданке, ни на службе, ни до, ни после я такого не видывал. Представьте себе новогоднюю елочную гирлянду из спаянных радиодеталей вместо лампочек. Без всякого намёка на монтажную плату. Отдельные жгуты ведут к отверстиям на динамик и ДМШ. Вся гирлянда свернута кольцами и брошена в ящик стола. Ошалело, как будто раньше раз по двадцать за дежурство этого не делал, жму на кнопку ДМШ. Хлюп - щелкает голое, без крышки корпуса, реле в гирлянде. Все работает, куда оно денется. Ишь ты, едрена кочерга! Вообще-то мы чаще ГГС из кабины «У» пользовались, но всё равно - удивительное рядом! Папа тем временем продолжает наезд так, как будто первая батарея за эту ГГС отвечает. Как будто ей станции своей мало. Но в армии оправдываться - дурной тон.
- Чем вы тут вообще занимаетесь, та-ва-рищ лей-те-нант? У вас ведь и образование, наверное, есть, а? Какое у вас образование?
Ага, а то ты не знаешь. Я очки снял, по столу их в сторону Папы толкнул. Слегка так. Потом рукой догнал, надел. Пальцем под переносицу поправил.
- Высшее, товарищ полковник! Я имел честь закончить физический факультет Московского ордена Ленина, ордена Трудового Красного знамени Государственного Университета имени Михайлы Васильевича Ломоносова. С красным дипломом. Я, собственно говоря, товарищ полковник, радиофизик и сюда не просился. Просто министр обороны меня у нашего министра одолжил на два года. Как ценный кадр, чтобы тут ЗРВ не зашились. Вот чем я здесь занимаюсь.
И Папа как-то сник. Свернул взбучку. Герман приказал потом Феде, командиру взвода управления:
- Заверни ты этот свой ящик на шурупы. А то еще какой-нибудь м*дак его выдернет.
Майор Ю-в, начальник связи полка с Папой приехавший, который всё это во всей красе наблюдал и, в конечном итоге, за ту самую ГГС как раз и отвечал, позже мне рассказывал. Всю, мол, обратную дорогу Папа пыхтел и ворчал.
- Ценный он кадр, бл*... Этого Профессора я когда-нибудь точно посажу. Слишком красиво он умеет говорить...
Да уж, посадишь тут... Мне сменивший потом Папу подполковник К-й объявил трое суток, и за дело, но и те отсидеть не пришлось. Не смогли от службы время для отсидки выкроить.
