– Я буду здесь работать до тех пор, пока не найдут нового учителя. А долг смогу вернуть месяца через два.
– Тебе нравится учить детей? – спросил он.
– Пока не знаю.
– Но ты ведь работаешь уже целую неделю.
– Я сейчас думаю о том, что мне делать дальше. У моих учеников совершенно разный уровень знаний. А у меня нет нужных книг.
– Скажи об этом Этель Питерс. Она достанет все, что нужно.
– Почему ты такого высокого мнения об Этель Питерс? Ты знаешь, что она советовала мне не выходить за тебя замуж?
– Этель делит все на правильное и неправильное. Она сделала выводы на основе ложной информации.
– Жаль, что ты не можешь быть таким же великодушным по отношению к Стокеру. При желании ты мог бы положить конец вашей вражде.
– Нет никакой вражды. И если бы даже Стокер вдруг простил меня, я бы все равно его не простил. Никогда.
– Но что же он сделал такого ужасного?
– Это касается только меня.
Танзи не ожидала, что Расс ответит ей так грубо. Но ведь она отказалась выйти за него замуж, а следовательно, разорвала ту тонкую ниточку отношений, которая их связывала, и он вовсе не обязан откровенничать с ней.
– Прости. Мне не стоило этого спрашивать. Я всегда пыталась понять, почему люди ведут себя так, а не иначе. Наверное, я слишком любопытна. Но кое-кто может сказать, что я сую нос не в свои дела.
– Если ты не хочешь выходить за меня замуж, почему тебя это волнует?
– Глупый вопрос.
– Почему же это он глупый?
– Выйди, пожалуйста, из тени, я не могу разговаривать с человеком, которого не вижу.
– Я заставляю тебя нервничать?
– Нет. – Танзи не лгала, она действительно не нервничала. Она испытывала странные чувства – страх, смятение, предвкушение радости. Если бы Расс привлекал ее только физически, это еще можно было бы понять. Но ей казалось, что их связывает еще что-то. И это что-то ни на минуту не отпускает ее. Напрасно Танзи без конца твердила себе, что должна выбросить этого мужчину из головы. – Просто мне не нравится, когда люди прячутся в тени. Те, кто убил моих братьев и отца, прятались ночью под деревьями.
– Сколько у тебя было братьев?
– Четверо.
– А сколько погибло?
– Все…
После небольшой паузы Расс снова заговорил:
– А что случилось с твоей матерью?
– Она умерла.
– А сестры у тебя есть?
– Нет.
– Почему ты не осталась в Сент-Луисе?
– Я обнаружила, что мужчины там точно такие же, как и в Кентукки.
– Неужели ни один из мужчин, живущих в Сент-Луисе, не сделал тебе предложения?
– Мужчины в Сент-Луисе считают, что девушка, работающая в игорном клубе, недостойна уважения и не годится на роль жены.
– И ты отправилась на Запад, решив, что здесь мужчины слеплены из другого теста.
– Да, но оказалось, что все мужчины одинаковы.
– Представляю, какое тебя постигло разочарование.
– Ничего, я переживу. А теперь мне пора, уже совсем темно. Скажи, зачем все-таки ты пришел?
Расс вышел из тени.
– Научи меня читать.
Танзи чувствовала себя измученной, опустошенной, неспособной контролировать свои эмоции.
– Я, кажется, не давала повода для шуток. Может быть, ты сердишься из-за того, что я отказалась выходить за тебя замуж, или тебе просто доставляет удовольствие дразнить школьную учительницу, но мне сейчас не до веселья.
– Я просто хочу, чтобы ты научила меня читать.
Терпение Танзи окончательно истощилось, она была готова взорваться.
– Ты же читал мои письма и мне писал!
– Это не я писал. И читал тоже не я. Мой помощник, Уэльт Аллард.
– Значит, это он писал?
На лицо Расса набежала тень.
– Не совсем так.
Танзи почувствовала, что ее бьет дрожь.
– Может, ты все-таки потрудишься объяснить, как все это происходило?
– Здесь нет ничего особенного. Уэльт читал письма и писал ответы.
– Хочешь сказать, что ты диктовал ему письма ко мне?
– Нет.
– Ничего не понимаю.
– Лучше объясню с самого начала.
– Да уж, пожалуйста. – Танзи откинулась на стуле.
– Я не искал себе жену. Ни одна женщина здесь не согласилась бы выйти за меня замуж.
Но Танзи была уверена в обратном. Нашлось бы достаточно женщин, которые охотно приняли бы предложение Расса, невзирая на родительский гнев и недовольство Стокера Пуллета. Женщины теряли голову, когда он находился рядом.
– Уэльт без конца твердил мне, что я должен жениться. Я не обращал особого внимания на его рассуждения до тех пор, пока он не сообщил мне, что ты уже едешь в Боулдер-Гэп и что это он выслал тебе деньги на дорогу. Я пришел в ярость, но сделать уже ничего не мог.
Танзи была поражена. Он не хотел, чтобы она приезжала в Боулдер-Гэп. Не собирался жениться на ней. Девушку охватил гнев.
– Но почему же… Почему же ты не сообщил мне раньше, что не хочешь жениться?
– Я просто не имел такой возможности. Я даже выехал навстречу почтовой карете, хотел сказать, что тебе лучше вернуться в Сент-Луис.
– А потом тебе вдруг захотелось разыграть из себя героя и схватить грабителей. Мои чувства в расчет не принимались.
– Когда мы встретились, весь город уже знал, кто ты и зачем приехала. И я дал тебе время подумать, надеясь, что ты откажешься выйти за меня замуж, поскольку все считают меня убийцей, вором и лжецом.
До Танзи наконец дошел смысл сказанных Рассом слов.
