— Я никогда ее не видел. Поэтому не знаю кто она, откуда взялась или как выглядит. Он говорит мне лишь то, что считает нужным для выполнения поручений. Госпожа тяжело больна. Ты — решение и мне приказано взять тебя. Захватить живым.
— Я решение? Но чему?
— Ее недугу. Повелитель и она желают встретиться с тобой. Но на своих условиях.
— В таком случае мы встретимся. Но не так, как они того хотят. Скажи мне, где эти создания. Я дарую тебе спасение. Могу обещать, что этот господин до тебя не дотянется.
— Я не в силах ответить. Как не могу сказать как я стал таким. — Темник взмолился заламывая руки.
— Но у тебя нет выбора.
— Я не в силах! Помилуй!
— Что ж, хорошо. Я тебе помогу.
Нокс сделал еще один пас. Символ вспыхнул с новой мощью. Темник заорал так, что затряслись стены.
— Проклятый выродок!
— Не трать слова попусту, монстр. Я хочу слышать не стенания проклятых, а правду.
— Я не в силах!
— Тогда я разорву твою душу на части, — угрожающе сказал Нокс и усилил действие руны, — и поверь это намного хуже чем все ужасы на который способен твой господин. Его черные глаза тускло засветились в темноте. Он походил на безжалостного демона.
— Я могу показать!
Теург притушил символ.
— Повтори.
Я…ух…я могу показать. — Темника била мелкая дрожь. Он отстранился от Нокса трясущейся рукой. — Я покажу тебе!
Монстр приподнялся, макнул два пальца в рану, которая все еще исходила черной субстанцией, и начал писать. Вскоре на стене начертанное кривым крючковатым почерком красовалось одно единственное слово. Когда темник закончил, теург скривил губы и тяжело вздохнул.
— Это и есть ответ?
— Да. Один ответ на все твои вопросы.
— Так вот оно что.
— Я действовал как было должно. Вопросов я не задавал. Моя работа — подчиняться. Будь оно все проклято! Будь он проклят!
Темник плюхнулся обратно, подняв брызги. Он тяжело дышал и с каждым вдохом громко хрипел как умирающая лошадь.
— Так ты отпустишь меня? Ты поможешь мне?
— О, нет. Я дам тебе нечто большее. Гораздо большее.
Нокс затушил символ полностью. Руна пропала. Темник облегченно выдохнул, но тут же напрягся всем телом. Теург поднял два пальца в уже знакомом жесте.
— Ты обещал мне спасение! — крикнул темник. — Ты клялся!
— И я дарую то, что обещал. Кем бы ни был этот господин, он не причинит тебе никакого вреда.
Нокс прочел короткий мотив. Монстр вспыхнул как сухая солома, издал короткий крик и замолчал. Вместо темника осталась горстка мокрого пепла. На том месте, где он сидел, потрескавшуюся кирпичную стену украшала жутковатая тень. Теург смачно плюнул на останки и поспешил к выходу из мрачного подземелья.
Зала баронова дворца была просторной. Настолько, что пространство позволяло легко разместить весь двор вместе с прислугой. Тут было никак не меньше семи, а может и восьми сотен человек. Напудренные дамы пили вино из высоких бокалов, мужчины что-то бурно обсуждали и смеялись, хотя их голоса звучали как-то натужно и фальшиво. Аппетита гостям хватило бы на целую роту солдат. Прислуга в строгих нарядах едва успевала подносить цыплят, жареных поросят, фрукты, изысканные вина и прочую снедь.
Торжество в честь праздника дня основания Ольнии было в самом разгаре.
Теург в темной сутане выглядел на фоне знатных господ как мрачная тень. Вестник, пропахший смертью на празднике жизни и удовольствия. Он прошел между столами, не обращая внимания на презрительные и откровенно испуганные взгляды. Заклинатель протиснулся сквозь ряды аристократов, которые шарахались от него как от проклятого. Нокс добрался до конца залы, увидел знакомые лица. Поодаль, за большим и просторным столом из красного дерева сидели двое в окружении незнакомых лиц. Барон сделал жест рукой. Придворные встали и, поклонившись, покинули свои места, оставив Лангоса и его колдуна наедине с гостем.
— Значит, ты принял приглашение. — сказал барон.
— Я не привык отвечать на гостеприимство неблагодарностью. — Ответил Нокс, спокойно отодвинув резной стул. Через секунду он оказался за одним столом с Ластером и бароном. Обстановка казалась слишком неспокойной. Однако среди шума поговорить наедине, не выдав секретов, было куда проще. Нокс отдавал должное Лангосу. Повод почти идеальный.
— Если не считать прямо скажем пакостной внешности, для колдуна у тебя очень утонченные манеры, должен сказать. Ну, рассказывай.
— Я не могу сказать того, что ты так жаждешь от меня услышать, вопросов остается больше, чем ответов, — Нокс откусил от куриной ноги, поймал на себе недовольный взгляд барона, сделал вид, что ничего не заметил. Неспешно прожевав хорошо прожаренную птицу, он продолжил, — однако и с пустыми руками я бы прийти не посмел.
Барон нервно поерзал на стуле.
— Будет этого кокетства, Нокс. Если тебе что-то известно, — сказал Ластер, он промокнул губы салфеткой и положил тряпицу перед собой, — то не стоит томить нас ожиданиями.
— Терпение. Прежде, чем говорить, я хотел бы кое в чем убедиться. Самоуверенность — признак невежества. Мы же не хотим принести зло невиновным — ответил Нокс.