Пиццу принесли вовремя — мои родители едва успели войти в квартиру. Глупо, но именно в тот момент, когда я отнесла на кухню большие картонки, полной грудью вдохнула аромат орегано, вкусного теста и запеченого сыра, я на самом деле поняла, что чуть не погибла утром. Что это был бы конец, если бы не Дэрек. Жутко осознавать, насколько близко прошла смерть.
Мой любимый дракон, сидевший за кухонным столом, к пицце принюхивался с интересом. За стеной в ванной журчала вода, родители мыли руки, переговаривались. Последние минуты наших жизней до большого поворота.
Дэрек моим родителям понравился. Взаимное расположение чувствовалось с первых мгновений их встречи. Меня это радовало, утешало, но не помогало найти удобные не слишком страшные слова, чтобы рассказать о случившемся сегодня и о том, какое решение я приняла. Взяв Дэрека за руку для храбрости, встретилась взглядом с мамой и выпалила все, как есть.
Меня слушали оторопело. Ни в произошедшее, ни в Эвлонт родители так сразу поверить не могли.
— Вера, это все звучит очень и очень странно, — сказал папа, наконец. — Это «очень странно» в двадцатой степени. Даже хочется твои вены посмотреть.
— Ты много знаешь наркотиков, из-за которых возникал бы такой осмысленный бред? — пробормотала мама и встала: — Я на балкон. Там свежий воздух, кислород. Вдруг поможет?
Она вышла, качая головой. Папа долго молчал, переводя взгляд с меня на Дэрека.
— Это правда, пап.
— Ты хочешь, чтобы мы поверили в историю о драконах, Вера, — он развел руками. — О драконах и магии… Это фэнтези головного мозга!
— Антоша, подойди ко мне на минутку, — позвала мама из гостиной.
Папа вышел, и я без сил прислонилась к Дэреку.
— Ты же не думала, что они сразу поверили бы, так? Они здравомыслящие люди, серьезные, критично относятся ко всему, — тихо успокаивал Дэрек. — Я бы удивился, если бы они так просто поверили.
— Я бы тоже, — признала я. — Но не знаю, как убедить.
Он поцеловал меня в макушку, прижался щекой:
— Дай им время. Они твои родители, они поймут.
Часы на духовке отсчитывали минуты, в гостиной, куда ушли родители, долго было тихо. Потом я услышала шаги — папа всегда расхаживал по комнате, когда злился или нервничал. Послышались всхлипы, мама явно плакала. Дальше отсиживаться на кухне было невозможно, и мы с Дэреком пошли выяснять, в чем дело. Мы только переступили порог, я даже не успела ничего спросить, как мама встала, быстро подошла к Дэреку и обняла его.
Оказалось, мама на балконе не теряла времени даром, а пошерстила интернет, читая новости. Среди прочего заглянула и на ютуб, куда просочились видео с камер наблюдения на вокзалах, и родители увидели три убийства и покушение на меня. Слова «спас в последний момент» обрели подтверждение. Увидев, что смерть прошла буквально в сантиметрах от меня, папа спросил, действительно ли Эвлонт — единственный выход, единственное место, где я буду в безопасности. Дэрек в ответ кивнул и твердо ответил:
— Да, единственное.
И мы все, все четверо, знали, что это правда.
Папа попросил Дэрека подробней рассказать об Эвлонте. Мироустройство, работа, сам-андруны, дом и, конечно же, планы на дальнейшую жизнь со мной. Дэрек откровенно и подробно отвечал на все вопросы. Он говорил, а у меня перед глазами появлялись и оживали образы. Мир, который состоял только из нас двоих и наших чувств, постепенно наполнялся, будто фотография под действием реактивов. Как мне потом объяснил Дэрек, пробелы в моей памяти были вызваны тем, что мой дракон очень постарался вернуть меня в тот же день, в то же место и в тот же час, максимально близко по времени к моменту открытия первого портала.
— Не многовато сведений за один раз? — спросила я, отметив, что мама то и дело трет виски.
— У нас не так много времени, всего несколько дней, чтобы рассортировать информацию. «Переспать» с ней, — покачал головой папа. — Так что давайте сразу все основное обсудим. Надо иметь представление о том, куда ты попадешь.
— Я пока буду считать, это другая страна, вроде Тайланда. Другие обычаи, другой быт, — вздохнула мама.
— У нас есть гречка, — осторожно вставил Дэрек.
Мама подняла на него взгляд, улыбнулась:
— Значит, все не так плохо. Жить можно.
Когда родители ушли, я сообразила, что Дэрек ни разу не заговорил об отце, упоминал только маму, отчима и Дьелен. Конечно, не спросить о старшем Алистере я не могла. Дэрек тяжело вздохнул и рассказал о махинациях с бумагами, о сговоре отца с лордом Ирьексом, которому Корвин Алистер хотел продать меня за спиной сына.
Я обнимала моего дракона и, хоть он предупреждал, что мой дар просыпается только в Эвлонте, чувствовала и видела эмоции Дэрека. Почти так же ярко, как тогда в беседке. Я снова сглаживала острые углы, лечила, гасила обиду, убирала горечь. Но в то же время понимала, что Дэрек по большей части уже пережил, переработал все произошедшее. Он сам почти исцелился, я лишь помогла.
Утро началось поздно, но очень приятно. Что может быть лучше объятий любимого и пьянящего нежностью поцелуя?
