Она чуть помолчала.
– Может, он живой?.. Сейчас, куда я ни повернусь, он всё время хочет дымить мне в лицо… Однажды в церкви я зажгла свечу, а рядом с ней догорал крошечный огарок. Его почти уже и не было видно, только капелька воска с фитилём и пламя. Огонёк всё уменьшался, пока не превратился в искорку, она долго боролась за жизнь, а когда погасла, от неё отделился дымок и растаял, как будто душа отлетела…
И отстраняясь от дыма, она крикнула в темноту, в сторону хутора:
– Инга-а-а-а!
Послышалось хлопанье крыльев, и что-то тёмное, закрывая звёзды, сделало над нами круг.
Лолита попробовала из котла уху большой деревянной ложкой. На её локте подрагивает свет огня, а под ложкой сверкает капля.
– Что-о-о-о?.. – доносится до нас из темноты далёкий голосок Инги.
– Хлеб возьми-и-и-и! – кричит ей Лолита. Вскоре слышится шелест травы, и свет костра выхватывает из темноты влажные от росы ноги маленькой Инги, она кладёт на траву перед нами завёрнутые в полотенце ломти чёрного хлеба, соль и деревянные ложки.
Есть мы стали прямо из котла, снятого с огня.
– Правда из окуней самая вкусная уха получается? – сказала Лолита, дуя на ложку и держа под ней кусок хлеба.
Инга, запрокинув голову, смотрит в небо, свет костра освещает её тонкую шею и рыжеватые, как у Лолиты волосы, они чуть колышутся от жаркого пламени.
– Сколько звёзд! И небо кружится, – прошептала она и потёрлась щекой о плечо Лолиты.
– Такую ночь нарисовать, наверное, очень трудно. Одна темнота, – повернулась ко мне Лолита.
– Почему же? Чтобы нарисовать ночь, нужно только чуточку света. Костёр, светящееся окно в доме, звёзды, вот тебе и ночь….
– Я рисую ночь, – сказала Лолита, приподняв руку над головой, словно пыталась коснуться кончиками пальцев звёзд. – Рисую звёзды… Рисую искры на воде и огонёк на том берегу…
За лесом послышался нарастающий шум поезда. Мы сидели молча и прислушивались к стуку колёс.
– Как хорошо было бы уехать всем нам куда-нибудь далеко-далеко! – нарушила молчание Лолита. – И не в электричке, как мы в Ригу ездим, а на настоящем поезде, в купе. Я никогда так не ездила.
– Я бы залезла на верхнюю полку! – посмотрела на неё снизу вверх Инга. – Давайте играть в поезд?.. Ой, огонь погас!..
– Пускай, – отозвался из темноты Андрис, – сейчас картошку запеку. – Инга, что ты всё оглядываешься?
– Мне кажется, что за спиной у меня кто-то ходит. Ты огонь загасил и теперь я совсем ничего не вижу. Давайте уже пойдём в наш шалаш…
– Идите. Только фонарь не зажигайте, там батарейки сели, – предупредил Андрис.
