Потянулись тяжелые дни владычества большевиков. Курсы бездействовали и Наташа тосковала без дела. Почти каждый день, с возвратившейся наконец домой Женей, навещала она Шелугиных. Безрадостно был в этой, прежде шумной и веселой, семье. Ольга Васильевна после смерти мужа долго не могла оправиться. Большую часть дня она просиживала у окна, устремив неподвижный взгляд перед собой. О смерти сына ей не сообщили, боясь вызвать новый припадок. Но странное дело. Она как будто знала, что ее Мити нет на свете. Ни разу она не спросила о нем, а в его комнату вовсе не входила. Бедная Леля сбилась с ног бегая по очередям и ухаживая за больной матерью. Однажды зайдя к Шелугиным и видя, что Леля уже примирилась с мыслью о смерти брата, Наташа ей передала его последнюю волю.
— Да я уже хлопочу о разрешении выехать. Я и сама понимаю, что здесь пропадем. Как только получу это разрешение, мы с мамой немедленно выедем.
— А куда ты думаешь ехать?
— Мы собираемся в Задонск. Это маленький городок в Воронежской губернии, в котором мой дядя служит земским врачем. К нему-то я и собираюсь везти маму. Дядя уже звал нас однажды, да мама не хотела расставаться с Митей, ну а теперь… — и бедная девушка заплакала. — Теперь нет причин оставаться здесь. Вот продам обстановку, сколочу денег и двинусь.
Вернувшись от Шелугиных, Наташа застала у себя Корсакова.
— А я к вам проститься пришел.
— Это куда же вы собрались?
— Да еду на Дон. К Корнилову.
— На Дон? К Корнилову?
— Да, я уж и документами, разумеется фальшивыми, обзавелся. Завтра уезжаю.
— А что там на Дону? Правда ли, что там собирается армия против большевиков?
— Слава богу — правда.
— Что же, Корнилов всех принимает?
— Зовет, Наталия Владимировна. Всех зовет, кто только любит Россию.
— Знаете что, я поеду с вами. Принимаете в попутчицы?
— Вы хотите ехать? — обрадовался Корсаков. — Вот это я понимаю! С радостью принимаю. Я вам документы достану, да и в дороге помогу.
— Насчет документов я сама справлюсь. Помните, когда вы тут лежали под видом моей подруги, меня этот красногвардеец приглашал в сестры. Так вчера я получила повестку явиться в санитарную часть для получения назначения. Вот я и думаю сходить туда сегодня. Записаться и взять от них удостоверение в том, что я большевистская сестра.
— Прекрасная идея. Только боже вас сохрани проситься служить на юг. Они очень подозрительны и, пожалуй, следить за вами будут. Ведь ими уже издан приказ, запрещающий офицерам ездить в местность, расположенную вблизи Дона.
— Да что вы?
— Да, они очень осторожны и подозрительны. Ну да не беда. Свидетельство о вашей принадлежности к их организации во многом может облегчить дорогу.
— А вы не знаете, много народу собирается ехать на Дон?
— Право, не знаю. Нас четверо отправляется. Вы пятой будете.
— Так, значит, решено, — торжественным тоном произнесла Наташа. — Завтра двигаемся. А когда поезд отходит?
— В пять вечера.
— Тогда знаете что? Приходите ко мне к двум. Мы пообедаем и вместе тронемся. Кстати, вы мне поможете доставить вещи на вокзал.
Проводив Корсакова, Наташа принялась хлопотать. Первым делом она полетала в санитарную часть красной гвардии.
— Садитесь, пожалуйста, — пригласил ее молодой человек полуинтеллигентного вида, занимавший пост начальника санитарной части..
«Вероятно, фельдшер», — подумала Наташа.
— Вас рекомендовал товарищ Кошкин, — начал фельдшер, принимая важный вид. — У нас, знаете ли, хотя и ощущается недостаток в сестрах, но мы не принимаем никого без рекомендации. Нет, знаете ли, уверенности в этих сестрах старого режима, — тут, напустив на себя вид, по крайней мере, министра, озабоченного решением важного государственного вопроса, он сообщил, что собирается открыть курсы сестер милосердия исключительно для женщин пролетариата.
— Я собираюсь заменить весь персонал старого режима истинными детьми пролетариата, — продолжал он величественно.
Наташу забавлял этот тон, и она охотно бы еще послушала зазнавшегося мальчишку, но ей было некогда.
— Так куда же вы, товарищ начальник, думаете меня назначить.
— Гм, — произнес тот, погружаясь в размышления. — Вот что, — наконец решил он. — Я вас назначаю старшей сестрой во вновь открываемый лазарет имени Карла Маркса. Вам придется руководить остальными сестрами, так как я назначаю туда исключительно пролетариаток, которые, к сожалению, еще очень мало знакомы с обязанностями сестер. Но я надеюсь, что под вашим руководством они быстро изучат это дело.
«Недурна будет компания, — подумала Наташа. — Вероятно, одни кухарки и горничные будут моими подругами».
— Сейчас я прикажу выдать вам удостоверение и копию приказа, — нажимая кнопку звонка, продолжал фельдшер.
