Доусон лежал на кровати. Руки и голова его были перевязаны. Вокруг глаз были кровоподтеки, несколько зубов, кажется, были выбиты.
— Господи Боже мой! — воскликнул Уайетт. — Что они с вами сделали?
Доусон открыл глаза, посмотрел на Уайетта и заставил себя улыбнуться.
— А себя-то вы видели? — сказал он, с трудом шевеля распухшими губами.
— Вставайте, — сказал Уайетт. — Надо уходить отсюда.
— Я не могу, — сказал Доусон в бессильной ярости. — Они, по-моему, привязали меня к кровати.
Действительно, две широкие ленты шли поперек тела Доусона, а узлы были под кроватью, так что добраться до них он не мог. Уайетт нырнул под кровать и начал их развязывать.
— Что произошло после того, как они избили вас? — спросил он.
— Чертовски странная вещь, — сказал Доусон. — Я проснулся здесь и обнаружил себя в таком виде. На кой черт им это понадобилось?
— Я попытался запугать Розо, — сказал Уайетт. — Кажется, это удалось.
— Они, видимо, не хотели выпускать меня из своих рук, — предположил Доусон, — поэтому привязали меня. Я тут испытал муки ада, глядя в потолок и ожидая, что сквозь него на меня свалится снаряд. Мне показалось, что это случилось дважды.
— Дважды? По-моему, было только одно попадание.
Доусон встал с кровати.
— Нет, я полагаю, два. — Он кивнул на стул. — Помогите мне надеть брюки. Я сейчас своими руками не смогу этого сделать. О, как бы мне хотелось еще разок повидаться с этой скотиной Розо.
— Как ваши ноги? — спросил Уайетт, помогая Доусону одеться.
— Ничего.
— Придется спускаться вниз. Совсем немного — один этаж. Надеюсь, вы сможете. Пошли.
Они вышли в коридор.
— Там есть камера, которая сейчас отлично вентилируется, — сказал Уайетт. — Нам туда.
Грянул выстрел, прокатившийся по коридору громким эхом, и пуля ударила в стену недалеко от головы Уайетта, осыпав его каменной крошкой. Он стремительно пригнулся и, повернув голову, увидел, как по коридору, спотыкаясь, за ними бежит Розо. Вид его был ужасен. Мундир превратился в тряпки, правая рука болталась и была, по-видимому, сломана. Он держал револьвер в левой и не смог толком прицелиться. Вторая пуля тоже прошла мимо.
— Туда, — показал рукой Уайетт и сильно толкнул Доусона.
Тот пробежал несколько футов до двери, рванулся в нее и замер от неожиданности, еле удержавшись от падения вниз.
Уайетт отступал медленно, не спуская глаз с Розо, двигавшегося зигзагами и с остановками. Тыльной стороной руки, в которой был револьвер, Розо стер кровь с переносицы и, глядя на Уайетта фанатически горящими глазами, стал целиться в него. Револьвер в его руке ходил ходуном, челюсть конвульсивно двигалась. Уайетт нырнул в дверь камеры, раздался выстрел, и пуля, отчетливо щелкнув, вошла в дверной косяк.
— Давайте сюда! — завопил Доусон, и Уайетт, переступив порог, вышел на карниз и присоединился к нему. — Если этот сумасшедший сунется сюда, нам придется прыгать.
— Что ж, ногу можно сломать с равным успехом и здесь, и в другом месте, — заметил Уайетт. Его пальцы в этот момент нащупали в стене непрочный камень, и в его руке оказался кусок камня величиной с кулак.
— Вот он! — сказал Доусон.
Розо появился в дверном проеме, явно не замечая провала под ним. Он сделал шаг вперед, пристально глядя на Уайетта, и носки его ботинок оказались вровень с обрывом. Дрожащей рукой он поднял револьвер.
И тут Уайетт бросил камень, угодивший Розо в голову. Он покачнулся, успел нажать на спусковой крючок и лицом вниз полетел с карниза. Он упал рядом с уже лежавшим там мертвецом, и его рука легла тому на шею, словно он приветствовал старого друга. Потревоженная пыль улеглась и покрыла открытые, удивленно смотревшие на мир глаза Розо.
Доусон перевел дух.
— Господи! Что за настырный сукин сын. Спасибо, Уайетт.
Уайетта била крупная дрожь. Он стоял, прислонившись к стене, ожидая, когда дрожь утихнет. Доусон посмотрел вниз на тело Розо.
— Он хотел, чтобы я оклеветал вас. Я этого не сделал, Уайетт. Я не сказал ему ничего.
— Я так и думал, — тихо сказал Уайетт. — Давайте спускаться вниз. Пока здесь все спокойно, но это может измениться каждую минуту.
Когда они выбрались на улицу, Доусон спросил:
— Что же нам делать дальше?
— Я собираюсь вернуться в «Империал», — сказал Уайетт. — Я должен отыскать Джули, по крайней мере, выяснить, где она.
— Куда нам идти?
— Туда, через площадь.
Они пересекали площадь Черной Свободы. На каждом шагу им попадались тела убитых. Их было так много, что вскоре они перестали их обходить, а просто перешагивали через них. Доусон с ужасом смотрел на это зрелище. Внезапно он отвернулся, и его вырвало.
Уайетт споткнулся обо что-то тяжелое, издавшее металлический звук. Он наклонился и увидел, что это была голова человека. Она смотрела на него пустыми глазницами. В левом виске зияла дыра.
Это была бронзовая голова от статуи Серрюрье.
