Когда они прошли примерно полмили, им попалась женщина, прижимавшая к груди ребенка. Ребенок был мертв, и его голова неестественно болталась, как у сломанной куклы. Но женщина, казалось, не замечала этого.
— Какой ужас! — проговорил Доусон. — Какой безнадежный ужас! Ну что тут сделаешь?
— Ничего, — согласился Уайетт. — Да нам и не надо ничего делать, пусть ею займутся соотечественники.
Доусон бросил взгляд на склон.
— Да тут же тысячи людей. Что может сделать один отряд? Нет ни лекарств, ни докторов, ни госпиталей в Сен-Пьере, готовых принять людей. Многие из этих людей, видимо, умрут.
— Посмотрите сколько народу на другой стороне долины, — сказал Уайетт показывая на другой берег. — Так по всему течению Негрито. Да, найти среди них одного человека — невыполнимая задача.
— Но Джули белая, — заметил Доусон. — Ее легко заметить.
— Здесь много белых, таких же, как мы, — мрачно отозвался Уайетт. — Пошли.
Они продолжали свой путь, и Уайетт то и дело останавливал кого-нибудь из более или менее пришедших в себя людей и спрашивал их о белой женщине. Некоторые не отвечали, некоторые грубо ругались, некоторые бормотали что-то невразумительное, но о белой женщине они, было видно, ничего не знали. Раз Уайетт с криком «Вот она!» одним прыжком настиг какую-то женскую фигуру и схватил ее за руку. Женщина в испуге обернулась, и они увидели кремового цвета лицо окторонки.
Наконец, они дошли до места и начали поиски более методично, переходя от одной группы людей к другой. Но в течение часа они не нашли ни Джули, ни какого-либо другого белого. Доусон был в ужасе от того, что он видел, и предположил, что только на одной стороне Негрито было больше тысячи погибших и бессчетное количество раненых и покалеченных.
Люди в основном пребывали в состоянии шока, они либо сидели, тупо глядя перед собой, либо бесцельно бродили вокруг. Воздух был наполнен стонами и криками. Лишь немногие пришли в себя и начали участвовать в спасательных операциях.
Джули не было.
— Но этот человек не мог ошибиться, — настойчиво повторял Уайетт.
— Нам остается продолжать поиски, — сказал Доусон. — Больше ничего.
— Мы могли бы пройти к прибрежной дороге. По крайней мере, нам известно, что они направлялись по ней.
— Нет, сначала надо до конца проверить здесь, — возразил Доусон, — смотрите, сюда направляется один из фавелевских парней. Такое впечатление, что он идет к нам.
Уайетт резко повернулся в сторону, куда показывал Доусон. Солдат подбежал к ним.
— Вы ищете белого?
— Женщина? — спросил Уайетт сдавленным голосом.
— Да, она вон там, за склоном.
— Пошли, — почти закричал Уайетт и побежал. Доусон устремился за ним. Они поднялись на вершину небольшого склона, за которым обнаружилась небольшая низина, заполненная людьми. Их было человек двести. Ближайшие, увидев их внезапное появление, встрепенулись и подняли головы, уставившись на них.
— Вон она, — сказал Доусон и тут же остановился. — Это Вормингтон.
— Она должна знать, где Джули, — взволнованно сказал Уайетт и быстро пошел через толпу, лавируя среди людей. Он схватил миссис Вормингтон за руку и выпалил:
— Вы живы. А где Джули? Мисс Марлоу?
Миссис Вормингтон посмотрела на него и разразилась рыданиями.
— О, наконец-то, наконец-то я вижу белое лицо. Как я рада.
— Что случилось с Джули? С остальными?
Ее лицо сморщилось.
— Они убили его, — истерически проговорила она. — Они его застрелили и воткнули в него штык… потом еще… еще… Боже мой… кровь…
Уайетт похолодел.
— Кого его? Росторна? Папегайкоса?
Миссис Вормингтон смотрела на тыльные стороны своих рук.
— Было много крови, — сказала он с неестественным спокойствием. — Она была очень красная.
Уайетт с трудом сдерживал себя.
— Кто был убит?
Она вскинула голову.
— Грек. Они меня обвинили в этом. Но это не я, не я. Я не нарочно. Я должна была сделать это. А они обвинили меня.
— Кто и в чем вас обвинил? — спросил Доусон.
— Эта девчонка, эта паршивка. Она сказала, что я убила его, но это не я. Его убил солдат с винтовкой и штыком.
— Где сейчас Джули? — настойчиво спросил Уайетт.
— Не знаю, — визгливо ответила миссис Вормингтон. — И не хочу знать. Она меня все время била, и я убежала. Я боялась, что она убьет меня, она сама так сказала.
Уайетт в изумлении посмотрел на Доусона, затем тихо но с затаенной угрозой спросил:
— Откуда вы пришли?
— Мы пришли с той стороны, со стороны моря. Потом я убежала. Там была река, водопад, мы все намокли. — Она содрогнулась. — Я думала, что схвачу воспаление легких.
— Там разве есть река? — спросил Доусон Уайетта.
— Нет.
Миссис Вормингтон явно было в состоянии шока, и ее следовало расспрашивать осторожно, как ребенка, чтобы чего-нибудь от нее добиться.
— Где эта река? — нежно спросил Уайетт.
— Наверху, на вершине горы, — ответила она смутно.
Доусон шумно вздохнул, и она перевела взор на него.
— А почему я должна вам говорить, где они? — вдруг взорвалась она. — Они вам наврут обо мне с три короба, только и всего. — Она сжала пальцы в кулаки так, что ногти впились в ладони. — А она пусть подохнет так же, как желала этого мне.
Доусон похлопал Уайетта по плечу.
— Давайте отойдем.
