Уже подходя к флигелю, я сообразила, что могу и не попасть внутрь. Вдруг он вычеркнул меня из своей «базы данных»? К счастью, дверь послушно отворилась, едва я приложила ладонь.
Маркус последовал за мной, с интересом оглядываясь. Наверное, ему не приходилось бывать здесь. После роскоши замка обстановка гостиной казалось бедной, но такой родной. Я бы с удовольствием вернулась сюда. Я уже начинала думать, что даже бани лучше, чем обед с императрицей!
Едва мы осмотрелись, как из спальни вышел Илья. Узнав меня, он на секунду оторопел, а потом стиснул в объятиях. Я приглушенно пискнула, услышав, как хрустнули кости.
— Маша! Марина рассказала мне про твой новый статус, но я рад видеть, что ты в порядке.
Не ожидала такой реакции от всегда сдержанного Ильи.
— Спасибо! Да, все хорошо, — улыбнулась я.
Не считая того, что меня ненавидит императрица, зато принц домогается. А еще мне предстоит визит к шессанам, один вид которых вызывает у меня дрожь.
— Как вы? Не думала, что в это время застану кого-нибудь.
— У меня вечерняя смена. Марина с самого утра умчалась в замок, несколько знатных дам пожелали воспользоваться ее услугами. Семен Аркадьевич в конюшнях, а Лидия Анатольевна еще не возвращалась — ночевала у своего ухажера.
Я удивленно вытаращила глаза. Прыткая старушка! Поддалась веяниям мира. Интересно, ее избранник знает, что недавно ей было за семьдесят?
Мы немного поговорили, и Илья отправился на работу. Зайдя в спальню, я обнаружила на кровати знакомую книжку в синем переплете — сказки, которые дал лекарь. Откуда она здесь? Наверное, Эмма принесла.
— Почему он назвал тебя «Маша»? — голос Маркуса за спиной заставил вздрогнуть от неожиданности.
— Это сокращенная форма моего имени, — пожала я плечами. — Мария — Маша. Для меня это намного привычнее, чем «Мари».
— Хочешь, я буду звать тебя так?
— Было бы здорово, — тепло улыбнулась я. Пользуясь благодушным настроением охранника, спросила: — А мы можем сходить к океану?
***
Я вдыхала соленый воздух полной грудью, жадно вглядываясь в бескрайнюю синеву воды. Едва мы вышли на берег, я разулась и теперь шла босиком по песку. От великолепного зрелища на глаза наворачивались слезы. Океан до боли походил на Средиземное море на греческом побережье, куда мы ездили с мамой в прошлом году. Находясь здесь, так легко представить, что я не в какой-то там Ренатарии, а на Земле. И домой попасть просто — всего лишь несколько часов на самолете.
Увидев большой плоский камень, я села на него, подобрав юбки. Маркус удивленно взглянул на меня и опустился на песок.
— Почему никто не плавает? — спросила я.
Берег был практически пуст, только вдалеке виднелось еще одна прогуливающаяся пара.
— Русалки, — объяснил оборотень. — У них сейчас брачный период, к воде лучше не приближаться. А после Дня жемчуга настанет время для купания.
Я тихо ойкнула. Здесь и русалки водятся? Удивительный мир!
— Моя мама любила океан, — вдруг сказал Маркус. — Правда, приходила только в непогоду. Хмурое небо, серые воды и едва не сбивающие с ног волны ей нравились больше. И она смотрела на него таким же взглядом, что и ты.
— Она умерла? — рискнула я спросить у оборотня.
— Давно. Десять лет назад.
— Прости.
— Ничего, — качнул он головой.
Мы замолчали, но тишина, разбиваемая лишь шелестом волн и криком чаек, не мучила, а дарила умиротворение.
Глава 18 — Обед
У океана мы засиделись. Плеск волн загипнотизировал нас, и возвращаться пришлось едва ли не бегом. Опоздать на обед с императрицей — врагу не пожелаешь!
Уже во дворце Маркус вдруг ухватил меня за локоть:
— Кстати, не вздумай обниматься с посторонними мужчинами в присутствии Теодора. Его зверь воспримет это как вызов.
Не то чтобы я имела привычку обниматься с кем ни попадя. Илья и меня удивил своим порывом. Но к сведению информацию я приняла. Еще мне очень хотелось спросить, в кого перекидывается Маркус, но в этот момент мы добрались до моих комнат.
В гостиной меня уже ждала Нэнси, сверкающая, словно начищенная монета. Он радостно улыбнулась мне и принялась благодарить — работать личной горничной было гораздо престижнее, чем обычной служанкой. Я лишь выразила надежду, что она будет верна мне.
Пока мы отсутствовали, от швей доставили новое платье — серебристое, с бантом на поясе и рукавами-фонариками.
— Пора переодеваться, миледи, — озабоченно сказала горничная. Я нехотя кивнула, как вдруг дверь в комнату распахнулась — вошел принц. Его высочество выглядел взбудораженным — зрачки расширены, ноздри трепещут, а губы плотно сжаты. Маркус поднялся с кресла, напряженно наблюдая за ним. Взглядом я показала Нэнси, что ей следует выйти.
— Я приходил ночью, — сказал Теодор с досадой в голосе.
— Мы были у магов, — объяснила я. — У меня проявились способности к магии.
Мои слова оборотня не удивили, похоже, он знал об этом, но не мог справиться с обидой. Сделав несколько шагов, он вдруг принюхался:
— Кем от тебя пахнет?
В два шага Теодор преодолел разделявшее нас расстояние. Черты его лица заострились, глаза засветились желтым огнем.
— Просто друг! — пискнула я.
