— Ясно… — Он выдохнул и прикрыл глаза. — Тогда можешь идти. — После этих слов, жаба исчезла, а он остался в той же позе глазеть на закат иногда переводя взгляд на налитое в блюдце саке. — Вот тебе и повод выпить… Чёрт подери… — Он сжал кулак и будто сморщился от боли. — Почему… Почему всё должно было случиться именно так… — Вопрошал он в воздух. — Видите ли вы это всё, Сарутоби-сэнсэй? — Вновь поднялся ветер, всколыхнувший его белые волосы и слегка взбодривший его. — Хех… Нужно рассказать Цунаде… Давненько мы с ней не бухали до синих соплей.
В одном из ресторанов недалеко от горячих источников и квартала красных фонарей, одном из двух ресторанов в котором в Конохе подавали алкоголь круглосуточно, элитное место на мягком диване в углу всегда было зарезервировано за Цунаде. Пришлось немного подождать прежде чем ей подали заказанную еду и пол литра дорогого Саке. Налив себе порцию для разогрева, она всё же обратила внимание, что от входа к ней направился уже заметивший её Джирайя.
— Тц… — Цокнула она языком отставив блюдечко. — Ну чего явился… Я взяла на завтра выходной, имею право. — Произнесла она, когда он подошел. Джирайя молча выставил на стол свою бутылку и сел на второй диван параллельно ей. — Даже так? — Произнесла она. — Не много ли? У меня тут пол литра, но если так, то тогда этим дело не ограничиться…
— В этом суть… — Налив себе, произнёс он. — Выпьем первую без тоста… — Нахмурился он и она, начав, понимать, к чему он ведёт тут же опрокинула рюмку, почти одновременно с ним.
— Эй-эй… Только не говори мне, что…
— Ты ведь тоже это почувствовала, да? — Произнёс он. — Хех… Теперь будет повод отметить этот чёртов день в календаре.
— Неужели…
— Да, Цунаде… Это уже точно. Он мёртв!
***
— Кхе-кхе-кхе… — Хрипло кашлял Орочимару отхаркивая кровь в полотенце. Он едва проснулся, но его уже мучили сильные боли, кровавый кашель пробивал до тошноты, а телу уже было нечем потеть. Его всего знобило, а запах от травяного чая, который ему подали, едва не спровоцировал его на убийство очередного слуги, после чего, он вызвал к себе Кабуто.
Вошедший молодой парень в очках с седыми волосами, выдохнув, положил на комод подсумок-аптечку и расстегнув её, начал подготовку к уколу сильного обезболивающего.
— Как я и говорил, ваше восстановление может быть нарушено. Если превентивные меры не помогут, то мне придётся дать вам лекарство десятой категории, иначе это может затянуться на месяц, а вы должны быть в силе, особенно сейчас. — Десятая категория вырубит даже меня на сутки. Сегодня я должен быть в тронном зале. Если точнее, то уже через час, Кабуто.
— Знаю, то в таком состоянии вам не следует показываться перед подчинёнными.
— Тогда, приведи меня в порядок, хотя бы временно!
— Если такова ваша воля, я всё сделаю. Затяните жгут… — Произносил Кабуто. После первого укола, он настоял, чтобы Орочимару всё же выпил чай и приступил к обтиранию его лица, рук и шей смоченными в специальном растворе салфетками и полотенцем. — Уже лучше?
— Да… Я переоденусь сам и как-нибудь доберусь до тронного зала.
— Это только временный эффект. Постарайтесь не напрягать очаг чакры в течении следующих суток.
— Я понял… — Раздражённо ответил Орочимару.
— А лекарство десятой категории я всё же приготовлю, на всякий случай.
— Не задерживайся. Ты будешь нужен мне в тронном зале со списком и докладом за те дни, пока я валялся тут!
— Будет исполнено, Орочимару-сама. — Поклонился Кабуто и прикрыв дверь, покинул спальное помещение. Поднявшись на ноги, Орочимару разделся и посмотрел на себя в зеркало. Как бы он не пытался исправить ситуацию, это тело умирало слишком быстро, а вчерашняя схватка на пределе сил, слишком сильно подорвала его здоровье. Без своих техник он вынужден слишком сильно напрягать тело, которое и без того слишком слабое и он занял его лишь потому, что на тот момент у него не было альтернативы получше. Смотря на то, как сильно похудел за последние три дня, он понимал, что процесс восстановления может не просто затянуться, а попросту быть нарушен. Был риск развития дистрофии, также он подозревал, что некоторые чакроканалы уже сожжены, а из-за злоупотребления обезболивающими и другими наркотиками, он мог просто перенести это «на ногах». На дрожащих руках и ногах, он смог переодеться и даже причесать волосы. Прополоскав рот в туалете и умывшись ледяной водой, он потушил свечи в своей спальне и не торопясь, контролируя дыхание, направился в тронный зал, принадлежащей ему, деревни Скрытого Звука, из которой он сделал правительственную базу страны.
