Просторно небо над страною — в нем столько щедрой широты! Так, русский человек, и ты отмечен гордой широтою.Рассказывает нам историк, как жил ты в нищете и горе, как бедствовал ты под пятой бесправия и угнетенья, как собственной своей рукой добился ты освобожденья.Идет историк в глубь веков и повествует о заслугах былых богатырей в кольчугах, Россию спасших от врагов.Течет рассказ из-под пера о Невском, Минине, Пожарском и о величии Петра, величье истинном — не царском.Тут и удачи, и невзгоды, но в счете важен тот итог, что душу русского народа никто еще сломить не мог.Сибирь. Далекое селенье.Кругом снега, снега, снега.Ты видишь только в сновиденье свои родные берега.Лишь в сновиденье ветер местный с его дыханием сухим становится таким чудесным, таким соленым и морским.Но встав, ты убедишься снова, что это — лишь удачный сон, что нету острова родного, что степь и степь — со всех сторон. Сибирь дохнет морозным паром, и разом испарятся сны, займется вдалеке пожаром очередной восход войны над стороною незнакомой,где моря нет, где сушь одна...А все ж и вдалеке от дома ты не бездомен, старина.Ведь ты приехал к русским людям, и тут не временный ночлег, а дом родной! Так вот, обсудим, каков он, русский человек.. . . . . . . . . . .У клуба вечером звенит напев про стежки и дорожки, и песенницам на гармошке подыгрывает инвалид.Все в этой песне довоенной знакомо и обыкновенно, но в ней и ласка, и тепло, и столько мягкости душевной, и столько плавности напевной!Но что это на всех нашло?Вдруг все расстроилось — подругиумолкли разом, как одна,как будто невидимкой в круг ихнезванною вошла война.И — кто направо, кто налево —все разбрелись... И нет девчат, и вместо прежнего напева другую песню — песню гнева играет отставной солдат.. . . . . . . . .Да, груз несчастия был тяжек, но все же русский побратим назвал великодушнонашимвсе то, что мог назватьсвоим.Нет, доброты не утерял он в нелегкие те времена.Тут одного рассудка мало, тут сердце, тут душа нужна, чтоб дружбу помнить в дни такие, когда и сам в чужом углу, когда во вражеском тылу остались все твои родные, когда избытка нет ни в чем, когда частенько пусто в брюхе, когда пайковые краюхи теряют граммы с каждым днем!Да, нету истинной цены тому, что в дни невзгоды черствой остались русские верны гостеприимству без притворства. Мы твердо знали, что на них в несчастье можно положиться. Чисты их души, как родник, и прямотою дышат лица.В бой ради будущего мира за русским, не страшась, иди: для друга сердце из груди он вырвет, как герой Шекспира!Пришла война, и разом сникли знамена радости людской.Смеяться многие отвыкли, утрачен душами покой.И стали, всех прибрав к рукам, хозяевами нашей жизни два чувства: ненависть к врагам и верная любовь к Отчизне.Те чувства рядом, хоть у них значенья противоположны.Во всем — в словах, в делах твоих — пылает их огонь тревожный.1953
