«Моя двоюродная тетка Софья Николаевна Кашкина училась в Москве в частной классической гимназии. Окончила гимназию с отличием. Нуждаясь в заработке, она обратилась к начальнице гимназии г-же Фишер с просьбой помочь в приискании работы. Начальница сказала, что графиня С. А. Толстая ищет учительницу для дочери Саши.
— Но смотри, не продешеви! Требуй рубль за час, — наставляла Соню начальница.
И вот Соня отправилась в дом Толстых. Софьи Андреевны не было дома, пришлось ждать. А пока девушка познакомилась с Сашей, они хорошо поговорили. И когда явилась Софья Андреевна, то, побеседовав с молодой учительницей, она сказала, что Саша очень просила взять только ее. Зашел разговор об оплате уроков. Соня сказала свою цену. Но Софья Андреевна рассуждала по-другому:
— Это дорого! Ведь вы же каждый день будете обедать с нами. И каждый день будете видеть Льва Николаевича…
Соня стала заниматься с Сашей. А летом она поехала в Сибирь к брату — одному из строителей Сибирской ж. д. Там встретилась с инженером Д. К. Нюбергом и через некоторое время стала его невестой.
Соня сообщила и С. А. Толстой, что скоро уедет в Сибирь, и поэтому уроки с Сашей придется закончить.
— А сколько лет вашему жениху? — поинтересовалась С. А.
— Немного больше, чем мне.
— Какая вы счастливая! — сказала С. А. — Когда я вышла замуж за Льва Николаевича, мне было 17 лет, а ему — 34. Мне было скучно. Уедет Лев Николаевич на прогулку, а я с горничными бегу во двор кататься с ледяной горы. Вернется он — я со стыда сгораю — графиня, дама, катается с горничными!»
Штрихи… Мелкие, быть может, но, кто знает, кому-нибудь и пригодятся. На то и «копилка» — по копеечке рубли собираются.
Книга — друг человека. Кто и когда первый сказал это, теперь уже, пожалуй, не установишь, но слова эти давно и хорошо известны всем. Особенно справедливы они применительно к краеведу. Книги для краеведа — верные, незаменимые друзья и каждодневные помощники.
Вот почему самой большой частью моего собрания стали книги. Конечно, в первую очередь — книги об Урале. Трудно назвать такую отрасль ураловедения, которая не была бы представлена в библиотеке: все разделы природоведения, история, хозяйство, культура, в том числе художественная литература и искусство…
Есть среди них редкие, какие далеко не в каждой библиотеке найдешь, есть и редчайшие, каких осталось на белом свете считанные экземпляры, а то и такие, каких нет ни в одном книгохранилище. Но не одной редкостью своею ценны они, не по этому принципу подбирались в собрание, а ради того, чтобы возможно полнее представить тот или иной раздел ураловедения.
Вот только книги уральских литераторов я причисляю к составу личных фондов, и если их немного, то храню в одних папках с материалами этих фондов. Могу, кстати, сказать, что собрание это довольно полное — в течение многих лет я старался приобретать все, что выходило в наших уральских издательствах. Собирал, конечно, и книги дореволюционных авторов.
