Она вмиг слетела с кровати. Голова у нее шла кругом, мысли разбегались. Поклонник Ольги, вот это кто! А она самозванка. Он, конечно, сразу понял, что здесь что-то не так, раз она его не узнавала при встрече. А ведь должна была узнать! Видно было, что он как-то недоуменно смотрел на нее. Она только сейчас это поняла. Почему он ничего не сказал? Ну конечно, чтобы шантажировать, как не понятно-то! Но чем? Подумаешь, она не узнает или не хочет узнавать старого приятеля, в чем причина шантажа-то? Он как будто нарочно сталкивался с ней, а она ни сном ни духом. Еще в первый раз, когда она его увидела, мужчина так радостно ей улыбнулся, а она прошла мимо с каменным лицом, еще подумала, кому это он так яро лыбится? И улыбка его мгновенно с губ слетела, и больше он к ней с приветствиями не подходил.
Надо разобраться. Племянник Тамары Яковлевны, значит. Вот кто, значит, возможно, владеет информацией о ее прошлом. А возможен ли такой вариант, что он знает про Ольгу что-нибудь этакое, чего никто не знает, даже Нина? Безусловно… Что ей теперь делать? Бежать уже или пока еще подождать? Ну и пирожки, они же плюшечки…
Холмогоров, понимая, что от Яны вечером мало чего можно было добиться, решил отложить ее допрос до следующего утра.
Утром он уже стоял на ее пороге. Яна молча впустила его в квартиру. Вид у нее был измотанный.
Ей сообщили ночью о случившемся. Понятное дело, уснуть она уже не смогла. Яна была бледная и уставшая, с темными кругами под глазами.
Девушка пригласила его пройти в кухню. Это была уютная двенадцатиметровая кухонька, выполненная в синих тонах, с кружевными занавесками до подоконника, со множеством цветков в горшках.
Холмогоров сел за большой стол, который располагался практически перед входом в кухню, и посмотрел на хозяйку квартиры. Ему стало жалко девушку, но он моментально убрал это чувство в себя, отметая как непрофессиональное.
Яна машинально заварила зеленый чай в глиняном чайнике, разлила его по чашкам, поставила их на стол. Все это она сделала на автомате, не проронив ни слова. Потом она достала плетеную корзинку с печеньем и сладостями и тоже молча поставила на стол.
— Яна, понимаю, вам сейчас очень плохо, но я должен вас спросить. — Холмогоров сочувственно посмотрел на нее.
— Да, конечно, вы же для этого пришли. — Она обреченно кивнула, подтверждая свое согласие отвечать на его вопросы.
— У Людмилы были враги? Кто-то мог желать ей смерти? — вкрадчиво задал первый вопрос Холмогоров.
— Нет, конечно. — Она с болезненным усилием сглотнула.
— Так. И все же кто-то ее убил…
При этих словах Яна зашлась в истерике. Холмогорову пришлось ее успокаивать. «Как-то необдуманно кидаюсь словами. Впредь надо следить за тем, что слетает с языка».
Когда Яна успокоилась и взяла себя в руки, он продолжил голосом заботливого друга:
— Может, в последнее время она с кем-то сильно поссорилась? У нее был молодой человек?
— На данный момент у нее не было постоянного поклонника. Она недавно рассталась с парнем, с которым встречалась на протяжении двух лет, — последовал ответ.
— Так. И почему они расстались, вы не в курсе? — поинтересовался Холмогоров.
На ее лицо набежала тень:
— Нет, не в курсе. Видимо, их отношения зашли в тупик.
— Так. А кто был инициатором разрыва?
— А что? Это имеет значение? — В ее глазах что-то мелькнуло.
— Очень может быть, очень может быть, — задумчиво произнес он.
— Точно сказать не могу, но знаю одно: Мила не очень переживала. Она вообще очень легкий человек… была… ко всему относилась оптимистично, без надрыва и претензий.
— Так. Понятно. Вы говорите, не было постоянного поклонника. А непостоянные были? — бросил он на нее обманчиво рассеянный взгляд.
— Да, конечно. Она никогда не страдала от отсутствия внимания. — Голос ее дрогнул. — Недавно она познакомилась на каком-то форуме в интернете с необыкновенным молодым человеком.
— Так. В чем же выражается его необыкновенность? — насторожился Холмогоров.
— В его имени.
— И какое у него имя, позвольте полюбопытствовать?
Холмогоров почесал подбородок. Из нее каждое слово нужно было вытаскивать клещами.
— Симка его зовут.
— О как. Это что за имя такое дурацкое?
— Это не имя. — Яна в полной растерянности посмотрела на него. — Это псевдоним, чтобы чатиться.
— В интернете, что ли? — уточнил на всякий случай Холмогоров.
— Да, в нем, — кивнула девушка.
— Так. Имя какое-то женское, по-моему, разве нет? Сима… — задумчиво протянул мужчина.
— Ничего вы не понимаете. Какое же это женское имя? Симка здесь подразумевается телефонная, современное название, — пожала плечами Яна.
— Так, теперь мне все ясно. Ну, а в жизни как его зовут, этого таинственного мужчину? В реальности как его можно найти?
— А вот этого я не знаю. Я о нем слышала только как о Симке. Адреса его не знаю, как выглядит, тоже. Ни разу его не видела.
— Так. А вот это плохо. Что же вы о личных делах своей родной сестры ничего не знаете?
— Ну, знаете ли, я в ее личные дела не лезла. То, что она считала нужным мне рассказывать, я знаю.
Разговор становился все более напряженным.
