Скрипучая телега трясётся, узелки, брошенные поверх соломы, чем-то звякают, от лошадки несёт навозом. Время потянулось резиновой лентой, и, вдруг, на мгновение, изображение повозки дрогнуло, словно испорченный кадр кинопленки.
Булат протянул руку, его палец скользнул вдоль полока телеги, но тут же рука отдернулась и он вскрикнул. Под кожу впилась здоровенная заноза. Сунув палец в рот, зубами, Булат выкусил мелкий осколыш.
Назар улыбнулся и покачал головой.
Пропустив телегу, они свернули на право, где дорога вела вниз по склону, к белеющему строению.
Это строение оказалось беседкой без дверей, широкие добротные ступени сразу переходили в покрытую шестигранной крышей площадку. Весь центр беседки занимал стол, заботливо накрытый для гостей: цветастая скатерть, пузатые расписные чашки, вазочки с вареньем, и над всем этим изобилием сластей возвышался блестящий самовар.
Старик по-хозяйски уселся за стол.
Булат присел напротив.
Назар разлил чай и передал Булату дымящуюся чашку.
Сам взял вторую чашку и тут же, обмакнув губы, сделал внушительный глоток.
– Совсем другое дело! – Назар подмигнул Булату, выудил из вазы обсыпанное сахаром печенье и аппетитно захрустел. – Люблю сладкое, – признался он.
Булат понюхал содержимое чашки и осторожно пригубил жидкость, напиток действительно вкусный, но совсем не похож на обычный чай.
Назар благодушно кивнул.
– Вот тебе первый урок: «Неважно, что думают окружающие, они всегда неправы, важно, что чувствуешь ты сам!». Возможно, для окружающих, ты больной псих, пускающий слюни, – Назар усмехнулся, – но если ты находишься в таком вот месте, разговариваешь с умными людьми, то какая разница?
«Не хочется очнуться в психушке. Не уж-то бабка права, втянет неизвестно во что, разведёт как Щепу», – мелькнула у Булата испуганная мысль.
Громкий жизнерадостный смех потряс воздух, глаза старика смотрели с весёлой добротой, пустая чашка стукнулась о блюдце.
– Не переживай! Большая сила – большая ответственность, к кому попало, не попадает. Все это, – Назар сделал широкий жест, – может стать твоим, но способен ли ты принять судьбу?
– Разве можно не принять судьбу? – удивился Булат. – Это же судьба! Она неизбежна.
– Можно и ещё как! Постоянно вижу людей, которые не хотят принимать судьбу. Они калечат сами себя, отвергают то, для чего предназначены.
Взгляд Назара направился куда-то вдаль, старик задумался.
– Допустим, я согласен! Пусть судьба! Я готов, принять! Что мне делать, где брать волшебную палочку?
Булат давно искал способ изменить жизнь, однако менять жизнь, как предлагал таинственный старик, означало ломать ее целиком. Назар без сомнения обладал каким-то удивительным даром, но каковы его планы? Нужны ли они Булату? И все-таки, возможно, стоило рискнуть.
Старик прищурился и пронзительно посмотрел на Булата.
– Прежде всего, настройся на долгое и трудное обучение. Сила не даётся легко, власть нужно завоевать.
Несмотря на банальность фразы у Булата отлегло от сердца. Если бы старик предложил под нарастающей луной из определённых пород дерева выстругать палочку, а затем сбрызгивать её кровью некрещёного младенца, то можно было заподозрить обман. А так… больше походило на правду.
– Вот тебе первое задание: «Научись не моргать!»
– Что сделать?
– Люди постоянно моргают и даже не замечают этого, попробуй двадцать минут не моргать.
Булат взглянул недоверчиво, отставил чашку, и широко раскрыл глаза.
Пару секунд глаза сохраняли неподвижность, потом появилась резь, навернулись слёзы, веки дрогнули и он моргнул.
Старик расхохотался.
– Это не так просто как кажется, не правда ли? Выполняй, пока не научишься! Однако нам уже пора возвращаться, – и Назар поднялся.
Известным путём они вернулись обратно, дорожка упёрлась в лавочку из парка, Назар уселся, Булат сел с ним рядом…
Прохлада полезла под одежду, по телу побежали мурашки, Булат поёжился и огляделся. Он снова находился среди парка.
Старик исчез.
Сумерки стремительно поглощали уходящий день, порывистый ветер шумел верхушками тополей, по темнеющему небу тяжело ползли грозовые тучи.
Булат поднялся, размял затёкшие ноги и нетвёрдой походкой двинулся к машине.
В машине, положив ладони на руль, он еще долго сидел в салоне, волнующие мысли вертелись в голове пестрым хороводом, не давали сосредоточиться, и от предчувствия каких-то непонятных, но грандиозных событий щемило грудь.
И лишь, когда первые крупные капли дождя застучали по капоту, «Нива» тронулась.
Маршрутное такси высадило девушку, хлопнула раздвижная дверь, двигатель надрывно взвыл, и машина покатила дальше.
Невысокая блондинка оправила короткую юбку, гордо вскинула голову и застучала каблучками. У неё полноватая, но аппетитная фигура, большие, словно постоянно удивлённые синие глаза, пухлые чувственные губы.
Звали блондинку Лена или, если совсем уж официально, Бойкова Елена Николаевна.
