– Сегодня мы казним Художника! Долгие годы он рисовал комиксы с извращенными и жестокими убийствами женщин, мечтая однажды реализовать свой план. И вот однажды он решился.
– Простите! Простите меня! – тихо плакал тот, сгибаясь к полу все ниже.
– Он жестоко убил и расчленил свою милую и прекрасную невесту.
– Простите! – повторял Художник.
Она опустилась на свой трон и сказала ласково, обращаясь к нему:
– Ты грязный убийца, ты не достоин даже суда, ты достоин только ада. В него ты и попал! И кипеть тебе во рву из раскаленной крови20. Обернувшись к Минотавру, она добавила, улыбнувшись:
– А если, вынырнет, подстрели его из лука21! – она сделала паузу и сказала. – Как нам велел великий Данте!
Минотавр грубо поднял рыдающего Художника с колен и надел на него шар, закрывая рот. Подталкивая в спину, он вывел его из зала.
– Эта казнь – мой подарок вам! – обращаясь ко всем присутствующим, величественно сказала Горгона своим подданным. Алекто благоговейно скрестив руки, опустилась перед ней на колени. Крупье и все остальные присутствующие поклонились.
Минотавр завел упирающегося и дрожащего всем телом Художника в пыточную. Приглушенный свет, железные цепи и большие крюки висели на грязных стенах. Над огнем стоял огромный чан, наполненный горячей кровью. От его вида и приторного запаха жертва потеряла сознание.
* * *
Напарники ехали по ночному городу. Гэри был за рулем. Стив – на месте пассажира. Он глядел в окно: высоко на черном небе светила полная луна. Он вспомнил, что в древности каждая полная луна имела какое-то свое название «луна зеленой травы», «розовая луна», «луна листьев», «заячья», «луна голодных деревьев». «Полнолуние – это особенное время, когда растет количество самоубийств и ДТП, когда обостряется моя бессонница, и когда ведьмы слетаются на шабаш!» – отметил он про себя, вспоминая подробности сегодняшнего трудного дня.
Бесконечный шум в сочетании с яркой иллюминацией и толпами прохожих утомляли и раздражали Стива. Столько нелепых отвлекающих источников информации разом выводили его из терпения и мешали сосредоточенно думать – хотелось просто разом все отключить. Стив закрыл глаза и глубоко выдохнул. Гэри надавил на педаль газа, машина послушно прибавила скорость. Он в отличие от Стива обожал езду по ночному городу и его особенную жизнь в это время. В его распоряжении сейчас был роскошный и стильный американец – Buick Rivera. Авто, в котором было все, что так ему нравилось – полноразмерное купе для эгоиста, зона обзора, подвеска – просто сказка, и главное – разгон. Были, конечно, и свои минусы – хреновые тормоза, которые не соответствуют массе и динамике авто, но это его не особо расстраивало – торможение даже на уровне идеи, было не самой интересной для него категорией. Он включил радио, поймал волну, на которой играла приятная музыка.
– Как ты считаешь, справедливость в итоге восторжествует? – спросил он Стива.
Стив молчал и был задумчив. Все время он пытался найти взаимосвязи в преступлениях, собрать кусочки пазла в единое целое: Вэл Стиллер на яхте и неизвестный «мужчина с сигарой» в Вегасе не давали ему покоя. «Два трупа почти разом. И будут новые! Скорее всего, очень скоро», – размышлял он.
– Так что скажешь? Будет справедливый суд?
– Справедливый суд – это часть удачи! Может повезти, а может, и нет, – ответил Стив коротко и туманно.
– И?
Гэри ждал продолжения, но его не последовало. Ехали молча. Постепенно напряжение стало отпускать его, растворяться в темноте городских улиц. Вождение успокаивало.
– Уехать бы к чертовой матери куда-нибудь на далекий тропический остров и ловить там рыбу, любуясь на закаты и встречая рассветы, вместо всего этого дерьма! – с чувством сказал он. – А ты? Не хочешь все бросить и жить счастливо и свободно?
Стив взглянул на Гэри и сразу отвернулся, отвечая куда-то в сторону:
– Свобода? Что это? Тебе известно?
– Не думал, что ее можно как-то по-разному толковать?
– Еще как можно! Например, для серого большинства свобода – это просто отсутствие давления «извне» – давления социума, обстоятельств. Избежав его, они чувствуют облегчение. Чтобы получить желанную полную свободу, им просто нужно, чтобы исчезли все люди, все до единого человека, с их оценками, требованиями, претензиями, ожиданиями. Поэтому идея необитаемого острова так популярна в массах.
– Это ты сейчас на меня намекаешь? – насторожился Гэри. – Выходит, я серая масса?
Стив продолжил свою мысль:
– Другое дело, когда человек создает внутреннее давление, то есть оказывает его на самого себя. Тут перемена места не поможет. Чувство вины, беспомощности и бесконечные самооправдания – груз, который всегда с тобой.
– А это, конечно, ты уже о себе говоришь!
– Не имеет значения!
– Да уж, от этого не сбежишь! – вздохнув, согласился ним Гэри.
