Я давно научился ощущать свою ки, но, видимо, из меня вышел неважный ученик – слишком уж я был сосредоточен на себе, на своих чувствах, и никак не мог оглянуться вокруг. Но сегодня что-то изменилось. Тут была Риас, были Акено и Конеко-чан, были Элша, Валери и Ассия, те, которых я так любил. И я хотел быть с ними, не желал быть запертым в своём теле. И поэтому я потянулся дальше, чем когда-либо мог. В прошлой жизни я слышал неоднократно об опасности сендзюцу, о том, как легко потерять контроль, отдаться ненависти и страданиям окружающего мира. О том, как нужно сохранять контроль над своими чувствами и мыслями, чтобы впасть в неостановимое буйство. В этой жизни всё было так же, об опасностях выбранного пути меня предупреждали каждый день. Но я знал, что меня ожидает, было слишком много тех, кого я должен защитить, и мне оставалось лишь искать каждый доступный путь получения силы. Мне нужно было достигнуть Крушителя Баланса (и, я подозревал, что уже его достиг), а также дождаться одобрения Азазель-сенсея на использование Валери-чан своего Священного Механизма в таком грандиозном деле, как разрушение оков, созданных самим Библейским Богом. Мне нужно было освободить одно из самых дорогих существ в моей жизни, а, значит, никакая сила не была лишней. К тому же, если заглядывать далеко вперёд, мне нужно учиться жить без Ддрайга, без силы Усиления, с изломанным и неработающим Священным Механизмом, ошмётками того, что было у меня с рождения. Я осознавал смертельную опасность затеи, но сохранял веру в Валери-чан, в то, что они с Ассией-чан удержат меня на краю. А значит теперь я должен был постараться ещё сильнее.
Мир вокруг. Сила жизни окружающей Вселенной. Моя ки покидала кончики пальцев, выходила изо рта с каждым выдохом, закручивалась тёплым светящимся шаром в районе живота. Сегодня! Я должен почувствовать её сегодня! Нет! Я должен почувствовать окружающий мир, и именно сейчас! Я ощупывал мир, словно слепой – незнакомы предмет и, внезапно, новое ощущение появилось в месте касания. Это было незнакомое чувство, несравнимое ни с чем, встреченным до сих пор. Это не было похоже не ощущение силы Священного Механизма, непохоже на магию, протекающую сквозь ладони, формируя круги заклинаний, и даже не имело ничего общего с силой реинкарнированного дьявола. И я потянулся сильней, вытянул невидимые ладони, пытаясь охватить, ощупать как можно больше, позабыв про все предупреждения и предостережения. И когда я дотянулся, куда хотел, когда понял, что ухватил саму суть мира, когда осознал, что могу ей управлять, пришло осознание, что с тем же успехом сила может управлять мной. Я стал слишком большим, слишком сильным, я растворился в этой силе, затерялся в ней. И последней моей осознанной мыслью было то, что я встаю на ноги и совершаю огромный прыжок куда-то вперёд.
Сознание возвращалось постепенно. Я не знал, сколько прошло времени, но теперь, наконец, я пришёл в себя. Я не чувствовал себя ни слабым, ни растерянным, наоборот, тело переполняла сила, а разум обретал кристальную ясность. Кожа чувствовала лёгкий ветерок, пальцы ощущали приятную упругую мягкость женской гру… Что? Что?! Что?!
Мои глаза рывком распахнулись, и в мозг с пугающей чёткостью поступила картина, от которой мне хотелось умереть от позора, и одновременно запомнить на всю оставшуюся жизнь. Тело Мил-тан-сенсея было вдавлено по колени в ближайшую скалу, вот только вдавлен туда он был головой вперёд. Напрягающиеся мышцы ног, покрытые чёрной субстанцией тоуки, а также трещины, разбегающиеся вокруг места его погребения, показывали, что с ним всё в порядке, что он скоро выберется оттуда, и, наверное, будет очень и очень зол. Где-то вдалеке, в полукилометре отсюда, я увидел потрёпанного Кибу, который с огромной скоростью мчался ко мне, сжимая в руке меч. Я вновь стиснул руку, вновь почувствовал тёплую упругость.
– А-а-х! – раздался томный знакомы голос. – Исе-ку-у-ун!
Я взглянул на свою руку, ужаснулся и восхитился. Под моей ладонью находилась такая знакомая, такая родная, такая любимая грудь Риас-чан. Я перевёл взгляд на вторую руку, которая сжимала кое-что не менее приятное.
– Ара-ара, Исе-кун, я, конечно не против, но ты слишком торопишься события, – безмятежно улыбаясь, сказала Акено-чан.
Я лихорадочно завертел головой, пытаясь осознать обстановку. И увиденное привело меня в ужас. Верней, привело бы, не будь зрелище будоражащим и возбуждающим.
– Ах, эта энергичность молодости! – сказала Мисла-чан, демонстрируя миру свою великолепную грудь, гордо выглядывающую из ошмётков её разорванного платья.
– Как и ожидалось от Красного Императора Драконов, – поддержала её Элша-чан, тоже не пытаясь скрыть свои обнажённые формы.
– Если это Исе-кун, тогда можно! – сказала Валери, всё же прикрывая грудь руками. Но этот жест не столько скрывал, сколько подчёркивал её фигуру.
– Милый Иссей может делать всё, что пожелает! – в унисон с ней сказала Ассия-чан.
– Теперь это уже не страшно, – загадочно сказала Миттельт, чуть выпятив вперёд свою внушительную грудь.
