По телу подруги прошла огненная дрожь и вырвалась наружу через ладони. Как на ней не оплавился наряд, — ума не приложу. Расставив в стороны руки, над которыми уже бушевало пламя, Женька медленно повернулась в сторону, откуда прилетел «снаряд». Охранники инстинктивно отскочили в разные стороны. И открыли взору ведьмы, да и моему, маленького напуганного мальчика. Видимо малыш бежал за мячиком, который отлетев от Женькиной головы, отрикошетил от ближайшего дерева и прикатился к моим ногам. Заглянув в лицо подруги, я увидела безумный полыхающий взгляд, и быстро оценила обстановку. В один прыжок оказавших перед ребенком, я закрыла его своим телом. И осторожно позвала:
— Же-ня! Жень! Возьми себя в руки! — никакой реакции. Я повысила голос:
— Соберись немедленно! Здесь дети! Ну же!!! Женька!
Подруга едва заметно вздрогнула. Огонь на ладонях заколыхался. Значит услышала.
— Медленно вдыхай полной грудью, и так же медленно выдыхай! Давай: вдох — выдох! Еще! Вдох — выдох! Умница! Продолжай в том же духе!
Пламя в глазах Женьки угасло. Но на руках, по-прежнему, бушевало. Но ведьмочка настойчиво пыталась с ним совладать. И постепенно огонь стал затихать. Пока совсем не исчез.
Я повернулась к малышу, притянула его к себе и похлопала по спинке:
— Тётя пошутила. Она просто хотела тебе показать фокус. Волшебство. Правда было красиво? — я заглянула в глаза ребенку. Он кивнул:
— Только цютоцку стласно.
— Но ты молодец! Даже не убежал! Смелый мальчик! — я подняла мяч и всунула в руки мальчонке. Ободренный моими словами, он вприпрыжку поскакал к остальным детям. Со стороны одного из домов к нему уже бежала перепуганная женщина.
Я же пошла успокаивать еще одного ребенка — свою ведьмочку, которая уже осознала то, что только что чуть не натворила. Я обняла ее за плечи, и повела в сторону моря — нужно было закрепить результат — окончательно привести в чувство. По дороге у нас потерялся один из охранников. Куда он исчез, стало ясно, когда на берег примчались взволнованные Тирен и Варниэль. Мы с Женькой к тому моменту уже походили по воде, и сидели на песке. Ведьмочка никак не могла прийти в себя. Стихия ее уже успокоилась, но вот чувство вины, наоборот, усиливалось. Тирен перенял у меня эстафету, присев по другую сторону от Женьки и приобняв ее за плечи. Он принялся что-то ей нашептывать на ухо, периодически не забывая целовать в висок. И наш Огонек начала оживать. Она теснее прижалась к драконопринцу, покопошилась, устраиваясь поуютнее, положила голову ему на плечо, и глубоко вздохнув, уставилась на водную гладь. Варн, пристроившийся около меня, тихо предложил:
— Пойдем отсюда. Пусть они побудут вдвоем. Связь пары лечит лучше всякого лекарства.
Я удивленного на него посмотрела, но начала подниматься. Ловко вскочивший эльф, помог мне встать и привести себя в порядок — я вся была в песке и, как оказалось, в мелких веточках, запутавшихся в волосах. Видимо нацепляла, пока шли по лесу, не разбирая дороги.
Мы направились в сторону леса.
— А ты откуда знаешь такие подробности про связь пары? — поинтересовалась я у принца, неспешно идя рядом с ним по широкой лесной дорожке.
Варн улыбнулся:
— Хорошо учился в академии.
— А у эльфов такая связь тоже есть?
— Нет. У эльфов пары формируются проще, так же, как и у людей — по любви, и взаимной симпатии. Ну или — по договору родителей, — вздохнул он — если ты из знатного рода.
— Так значит у тебя должен быть договорной брак?
— Да, должен был быть, — с упором на слово «был» проговорил эльф. И я поняла, что за этой фразой кроется какая-то невеселая история.
— Расскажешь?
Варниэль на мгновенье задумался, а потом, взъерошил волосы на голове, сощурившись, и забавно дернув носом, как будто решил: «а, была, не была», начал говорить:
— Нас обручили, когда мы были еще детьми. Лианелла была дочерью советника моего отца. Мы вместе росли, вместе взрослели, и, когда пришла юношеская пора, вместе влюбились. Только вот я — в нее, а она в оборотня. Мы тогда уже учились в Королевской академии, и он был ее однокурсником. — Эльф надолго замолчал. Видимо нахлынули воспоминания. Немного выждав, решила отвлечь:
— Но у вас же запрещены смешанные браки?
— Вот как раз после того, как она сбежала в королевство оборотней, их и запретили. Официально. Раньше такие браки тоже не приветствовали, но рядовые эльфы могли себе позволить связать жизнь с кем-то из другой расы. Но не мы.
— Так этот запрет, получается, совсем свежий.
— Да. Десять лет в этом году.
Ого, он даже время отсчитывает с тех пор. Значит серьезно был влюблен.
Так! Это сколько же тогда Варну лет, если десять лет назад он уже учился в академии? Я задала это вопрос вслух.
— Мне тридцать три.
— Ни за что бы тебе столько не дала! От силы двадцать — двадцать два.
Он улыбнулся: