Когда Тейт Коллинз встречает пилота Майлза Арчера, она знает, что это не любовь с первого взгляда. Они даже не могут считать себя друзьями. Единственная вещь, что их объединяет, является бесспорное взаимное притяжение. Как только их желания выходят наружу, они понимают, что у них есть прекрасная установка. Он не хочет любви, у нее нет времени на любовь, так, что просто остается секс. Их договоренность могла быть удивительно органичной, пока Тейт может придерживаться только двух правил, которые Майлз приготовил для нее. Никогда не спрашивай о прошлом. Не ожидай будущего. Они думают, что могут сдержать его, но понимают сразу же, что они не могут выдержать его вообще. Сердца пропитаны. Обещания сломаны. Правила разрушены. Любовь становится уродливой. Перевод выполнен специально для группы ВКонтакте: https://vk.com/colleen_hoover_books Любое копирование без ссылки на группу и переводчика запрещено! Любое последующее изменение исходного файла запрещено! Пожалуйста, уважайте чужой труд! Переводчики: Elena Akhmetova Яна Скворцова Екатерина Лузгина Anti Heroine Елизавета Мочалова Алина Сытина Редактор: Юлия Восканян
Colleen Hoover
UGLY LOVE
© Т. Зюликова, перевод на русский язык, 2018
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018
Тейт
– Кто-то оставил след на вашей шее, юная леди.
Я удивленно распахиваю глаза и медленно оборачиваюсь к старичку, что стоит рядом. Он нажимает кнопку лифта и смотрит на меня. Потом улыбается и показывает на мою шею.
– Я про родинку.
Я непроизвольно касаюсь места чуть ниже уха – там, где у меня родимое пятно размером с десятицентовую монетку.
– Мой дед говаривал, родинки способны поведать, чем кончился последний бой у человека в прошлой жизни. Вас, видать, ударили в шею. Зато смерть, наверное, была быстрой.
Я улыбаюсь. Не знаю, пугаться или принять его слова за шутку. Мрачный способ завязать беседу, но вряд ли мужчина опасен. Судя по сгорбленной спине и неуверенной походке, ему никак не меньше восьмидесяти.
Мужчина делает пару медленных шагов к обитому бархатом креслу, одному из двух, что приставлены к стене у лифта. С кряхтением садится и снова глядит на меня.
– Вам на восемнадцатый?
Я подозрительно прищуриваюсь. Старику откуда-то известно, на какой мне этаж, хотя раньше я в этом доме не бывала, да и его самого вижу впервые.
– Да, сэр, – настороженно отвечаю я. – Вы здесь работаете?
– О да.
Он кивает на лифт, а я поднимаю взгляд на светящиеся циферки. Еще одиннадцать этажей. Скорей бы…
– Давлю на кнопку. Вряд ли у моей должности есть официальное название. Сам окрестил себя капитаном воздушного судна. Как-никак, отправляю людей в полет – аж до двадцатого этажа.
Я невольно улыбаюсь, потому что отец и брат у меня пилоты.
– И давно служите капитаном? – спрашиваю я, в нетерпении ожидая лифта: в жизни не видела таких медленных.
– Раньше ремонтом занимался, здание обслуживал, пока не состарился. Прежде чем стать капитаном, проработал тут тридцать два года. А людей в полет отправляю уже лет пятнадцать, если не больше. Хозяин сжалился и выделил мне это местечко, чтоб было чем занять себя, пока не помру. – Старик задумчиво улыбается. – Одного он, бедняга, не ведает: бог уготовил мне в жизни много великих свершений, а я так отстал от плана, что теперь не умру никогда.
Я смеюсь, и тут двери лифта наконец-то открываются. Я берусь за ручку чемодана и еще раз смотрю на собеседника, прежде чем шагнуть внутрь.
– Как вас зовут?
– Сэмюэл, но называйте меня Кэп. Все так делают.
– А у вас есть родинки, Кэп?
Лицо старика расплывается в улыбке.
– Вообще-то, да. Похоже, в прошлой жизни мне прострелили зад. Наверное, умер от потери крови.
Я с улыбкой поднимаю ладонь ко лбу – салютую ему, как настоящему капитану. Потом вхожу в лифт и, пока двери не закрылись, окидываю взглядом роскошно обставленный вестибюль. Величественные колонны, мраморные полы… Больше похоже на старинный отель, чем на многоквартирное здание.
Когда Корбин предложил мне пожить у него, пока буду искать работу, я и не догадывалась, что он ведет настоящую взрослую жизнь. Думала, будет как в прошлый раз, когда я приезжала к нему в гости после окончания школы, а он только начинал учиться на летчика. Было это четыре года и одно обшарпанное двухэтажное здание тому назад. Я и на этот раз ожидала чего-то в том же духе. И уж точно не рассчитывала на роскошный небоскреб в центре Сан-Франциско.
Нажимаю на кнопку восемнадцатого этажа и смотрюсь в зеркальную стену лифта. Вчерашний день и большую часть утра я провела у себя в комнате в Сан-Диего, упаковывая вещи. К счастью, имущества у меня немного, однако после долгой, утомительной поездки длиной в пятьсот миль следы усталости на лице не скрыть. Волосы собраны в небрежный узел на макушке, который пришлось закрепить карандашом – не нашла в машине резинку. Глаза, обычно карие, почти в цвет волос, сейчас кажутся еще темнее – спасибо образовавшимся под ними мешкам.
Роюсь в сумочке в поисках гигиенической помады – пусть хотя бы губы выглядят прилично. Двери начинают закрываться и тут же вновь разъезжаются. К лифту спешит молодой мужчина, на ходу благодаря Кэпа.
Самого старика я не вижу, зато слышу, как он что-то бурчит в ответ. Похоже, беседовать с этим человеком он расположен куда меньше, чем со мной.
На вид моему попутчику лет двадцать пять – тридцать. Он с улыбкой смотрит на меня, и я точно знаю, что у него на уме, потому как он незаметно прячет в карман левую руку. Руку с обручальным кольцом.
– Десятый, – говорит он, не сводя с меня глаз. Уставился на вполне скромный вырез моей футболки, потом покосился на чемодан.
Я жму на кнопку указанного этажа.
Надо было надеть свитер…
– Переезжаете? – интересуется незнакомец, откровенно пялясь на мою грудь.
Я киваю. Впрочем, вряд ли он видит мой кивок, ибо взгляд его направлен гораздо ниже.
– На какой этаж?
Ну уж нет!