– Вы тоже предполагаете, что убийца среди нас? – в упор уточнила она.
– Я… не знал… не думал… Ты… Вы не поняли. Я не готов ответить… – невнятно пробормотал Эльбрус.
– В доме были только ваши родные и друзья, – сдержанно напомнила Лиана. – Разумеется, вы их не станете подозревать. А из посторонних людей – только ваши гости, – она кивнула на Дронго, – и мы с Робертом. Что прикажете теперь думать?
– Вас пока никто не подозревает, – отрывисто произнес Алхасов и с опозданием понял, что допустил ошибку, использовав слово «пока». Она это сразу услышала.
– Пока, – саркастически повторила Лиана. – Значит, вопрос только во времени. Может быть, уже завтра вы будете подозревать меня с Робертом. А может, уже через час? Или через пятнадцать минут! Никто не посмеет кинуть тень на ваших близких. Сын, зять, дочь… Разумеется, убийство совершили приехавшие иностранцы. Вы это хотели сказать?
– Я оговорился, – виновато проговорил Эльбрус, – просто имел в виду, что пока нет никаких оснований кого-то подозревать конкретно.
Она смотрела ему в глаза. Он, не выдержав ее взгляда, отвернулся. Они понимали друг друга. Если узнают, что лекарство Эркину подсыпала Лиана, то убийство Лиды автоматом могут повесить на нее.
– Вы тоже считаете, что нас не подозревают пока? – повернулась она к Дронго.
– Господин Алхасов оговорился, – повторил Дронго, – не нужно так нервничать. Я думаю, что мы сумеем прояснить ситуацию.
Лиана задержала на нем долгий взгляд.
– В таком случае не буду вам мешать, – она поднялась с кресла. Дронго поднялся следом.
– Надеюсь, вы сумеете найти негодяя, – сказала она на прощание, выходя из кабинета.
– Везде свои проблемы, – раздраженно изрек Эльбрус, – черт меня побери. Мне нужно еще выпить.
– Вы скоро превратитесь в неуправляемого и опустившегося человека, – сурово заметил Дронго, – особенно учитывая ваше нынешнее состояние. Ваш уход из правительства был болезненным ударом, и вы почувствовали себя не нужным. Отсюда такая стремительно разрастающаяся обида на своего племянника. В результате вы приняли совсем неверное решение отстранить его от переговоров с итальянцами. В прежние времена вы бы просто ему приказали. Это комплексы, уважаемый Эльбрус.
– Может быть, – согласился Алхасов. – Всё, что мне остается, – это сидеть и вычислять, кто из моих родных мог стать убийцей.
– Все не так печально. Всегда главный вопрос: кому это выгодно? Пока я пытаюсь вычислить убийцу, мне надо уточнить один вопрос. Эркину вы явно не доверяете. Ваш младший брат неспособен управлять компанией. К вашему сыну у вас нет полного доверия, как к бизнесмену. И все равно вы наверняка хотите оставить компанию кому-то из родных. Трудный выбор… У вас есть какие-нибудь идеи?
Эльбрус тяжело вздохнул.
– Вы думаете, я сам ничего не понимаю?
– Вы не ответили на мой вопрос.
– Я думал об Эльнуре, – признался Алхасов, – он достаточно способный парень, хотя и находится под полным влиянием своей жены. Но это даже неплохо. У нее тяжелый характер матери, но она умеет принимать важные решения. Этим она пошла в меня. И Эльнур будет под ее полным контролем. Я думаю, он справится на посту руководителя компании. Дело налажено, и я собираюсь прожить еще лет двадцать пять, чтобы им помогать. Поэтому я постепенно готовлю именно его возглавить компанию.
– Ваш младший брат не будет возражать? У больных эпилепсией бывают внезапные приступы гнева, когда человек не отдает отчета в своих действиях, и это может привести к тяжелым последствиям. Он может сильно обидеться на вас. Тем более что он помнит, кто виновен в его болезни.
– Он принимает лекарства, и пока все под контролем.
– Да, возможно. Ломброзо считал, что эпилепсия изначально связана с преступными наклонностями, – напомнил Дронго, – но в последние годы эта теория подверглась пересмотру. С помощью медикаментозной терапии все можно держать под контролем.
– Поэтому мы о нем и заботимся…
Алхасов недоговорил. Дверь резко раскрылась, и в кабинет вошла его дочь.
– Что происходит?! – не обращая внимания на Дронго, громко спросила Эсмира. – Может, ты наконец нам расскажешь, что происходит в нашем доме?
– Не кричи, – поморщился отец, – сядь и успокойся.
Она кивнула Дронго и плюхнулась в кресло, где несколько минут назад сидела Лиана.
– Извините, – резко произнесла она, обращаясь к гостю, – вы не могли бы нас оставить? На несколько минут. У меня с отцом важный разговор.
– Разумеется, – Дронго вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. Но тотчас остановился у двери. И поэтому слышал весь разговор достаточно отчетливо.
– Мне позвонила Мила, сестра Лиды, – нервно начала Эсмира, – плачет и говорит, что Лиду убили. Ей звонили из полиции, просили завтра приехать сюда. Я ей сказала, что, может, это ошибка, мы все выясним. Почему ты ничего нам не сказал? Приехал и заперся у себя в кабинете. Нашел время пить виски!
– Замолчи, – уже раздражаясь, произнес Эльбрус, – мы пока ни в чем не разобрались. Лиду нашли убитой в лесу. Кто-то ее задушил. Поэтому мы с нашим гостем пытаемся понять, что же произошло.
– Ну и что? Уже поняли?
